Детективное агентство «Коловрат». Дело 1. Роза с шипами в лепестках

Утренний прохладный, свежий воздух с ласково играющими лучами солнца через открытое окно наполняли комнату дыханием новой жизни. Тело болело, мышцы спины стягивало, словно струной, суставы ломало так, что от звука скрежета их смещений становилось не по себе.

Открыв глаза, первое, что увидел перед собой Странник, – ухмыляющееся лицо Воливия.

–

Однако ты, брат, здорово хрустишь! – произнес Воливий.

–

Да ладно, не хандри, болит – значит, живой! – продолжил он.

–

Благодарю. Кажется, ты вновь спас мою поистрепавшуюся шкурку, – сказал Странник, не обращая внимания на подтрунивания Воливия, которые должны были приободрять, однако так себе помогали.

–

Сказал бы – не за что, но культурные люди говорят «пожалуйста», а я самая что ни на есть культурная интеллигенция, – снова отшутился Воливий. И продолжил: – Без Миланы, один, тебя бы не вытащил!

– Да. Я по ней скучаю, – ответил Странник. Он сел на кровати, наклонив голову и обхватив колени руками.

Воливий вышел из комнаты и чем-то зашуршал на кухне.

Странник постарался собраться с мыслями. Но это оказалось бесполезным и вредным усилием, от которого разболелась голова. Он встал, направившись к выходу. Сделал два шага. И вдруг стены и потолок стремительно переместились и мгновенно приблизился пол. От падения стало еще хуже. Странник что было сил попытался подняться. Удалось только встать на четвереньки. К горлу подкатил противный ком, который вот-вот мог вырваться наружу. Странник перетерпел, нашел в себе силы встать на ноги и нетвердыми шагами, держась руками за стены, пошел на кухню.

Войдя в комнату, он увидел на столе заварочный чайник и прозрачный, наполненный темно-зеленой жидкостью бокал, но больше всего его внимание привлек сверток. Он присел на стул. Развязал пеструю ленту и развернул сверток, пытаясь читать. Однако глазам было так больно, что текли слезы. Он разобрал только то, что послание в свертке адресовано ему, Ночному Страннику.

Он отодвинул пергамент на середину стола. Поднес к носу бокал с темно-зеленой терпимо горячей жидкостью.

– Пей до дна, пей до дна! – раздался позади знакомый голос, который шутливо продолжил: – Ишь какой придирчивый гость попался. С самого дна болота ему воды принес, а он нос воротит.

– Пей, пей давай! – уже настойчиво требовал Воливий.