Детективное агентство «Коловрат». Дело 1. Роза с шипами в лепестках

Лишь сломанные перила лестниц, обожженная кожа, ноющие мозоли Воливия и рана на запястье Странника подтверждали случившееся.

– Добро победило, – воодушевленно подняв руки к небу, прокричал Странник.

– Выиграли сражение, но не войну, – без энтузиазма произнес Воливий.

ГЛАВА 2

Лес, состоящий из густых деревьев и колючего непролазного кустарника, через который пробивался Ночной Странник, скрывал тайны, много тайн.

– Воливий, как ты думаешь, за этим лесом, кроме нас, есть люди?

– Странник, я настолько привык справляться один, что не думал об этом.

– А почему ты вдруг спросил?

– Я видел во сне дитя, – ответил Странник.

И как только прозвучал его ответ, возникший из неоткуда, разрезавший звук ветер не дал ему продолжить. Словно господствующая стихия взволновалась так от его слов, что не смогла удержать своих эмоций, превращавших все вокруг в один гигантский вихрь, который неминуемо затянул их обоих.

Земля, трава, деревья, шестнадцатиэтажки – все стремительно уходило из-под ног, из-под рук. Уже было не разобрать, так как в этом бешеном танце стихий все смешалось в одно, вертя тело, как в аппарате подготовки космонавтов. Объекты отдалялись, становясь все мельче и мельче, пока совсем не исчезли.

Странник и Воливий, попав в самый центр вихря, остановились и подвисли, словно в невесомости. Неподалеку молочные облака неестественно двигались, будто ветер исправлял, как скульптор, их неровности и шероховатости.

Шестьдесят секунд, сто пятьдесят сердечных сокращений в минуту. И вот показалась причина беспокойства. Ладья, выплывающая из облаков по небесно-прозрачной реке, словно лебедь, расправляла свои паруса-крылья и двигалась на гостей неба.

Судно грациозно остановилась возле них, покачиваясь и как бы приглашая их войти на борт. Причем небесная река ничем не отличалась от земной, пропорции все были соблюдены.

– Влезаем, – крикнув одновременно и переглянувшись, с нескрываемой улыбкой сарказма над своей судьбой они взобрались на палубу.

Ширина ладьи была метра полтора, длина – около семи. От нее исходил приятно-дурманящий древесно-дубовый аромат, будто ее только что вырубили из гигантского ствола свежесрубленного дуба. А палуба была такой нежной, как прикосновение молодой девушки.