Волчье логово

Слова Жиля долетели до нас в то самое время, как снизу показалась и его голова, так что до появления гостя оставался самый краткий промежуток времени. Круазет бросился было к дверям в дом, но не успел дойти и остановился у контрфорса башни, приложив палец к губам. Я вообще неповоротлив, а Мари дожидался меня, так что мы имели весьма неуклюжий и растерянный вид, когда темная тень Видама уже упала перед Катериной.

– Мадемуазель! – сказал он, приближаясь к ней, освещенный ярким солнцем, и склоняясь с прирожденной величественной грацией над ее рукой, – я вернулся поздно вечером из Тулузы, а завтра еду в Париж.

Я лишь успел немного отдохнуть и смыть с себя дорожную пыль, но спешу принести вам мои… А!

Он, видимо, только что заметил нас и прервал свое приветствие. Выпрямившись и небрежно обращаясь к нам, он сказал:

– А, две молодые барышни Кайлю… Отчего вы не засадите их за прялку, мадемуазель? – и он взглянул на нас с неласковой улыбкой.

Круазет делал страшные гримасы за его спиной.

Мы отвечали гневными взглядами, но, что сказать, не нашли.

– Вы покраснели! – продолжал этот злодей, улыбаясь, играя с нами, как кошка с мышью. – Вероятно, вы оскорбились, что я просил мадемуазель засадить вас за прялку? Так знайте же, что я сам готов прясть по приказанию мадемуазель и сочту это за большое счастье для себя.

– Мы не девочки, – пробурчал я, и вся кровь бросилась мне в лицо, – вы не посмели бы назвать девочкой моего крестного, Ан де Монморенси, мсье де Видам!

Хотя мы и шутили между собою над нашими женскими именами, но были еще настолько молоды, чтобы обижаться, когда-то же самое позволяли себе другие.

Он презрительно пожал плечами. И какими ничтожными почувствовали мы себя в то время, как его громадная фигура господствовала над всею террасой!

– Мсье де Монморенси был мужчина, – сказал он небрежным тоном, – а мсье де Кайлю…

При этом нахал преспокойно повернулся к нам спиной и сел на низкий парапет около Катерины.

При всем нашем тщеславии нам было совершенно ясно, что он считает совершенно излишним вступать в какие-либо разговоры с нами… Да он совсем и позабыл о нашем присутствии!

Как раз в это время показалась мадам Клод с Жилем, несшим за ней стул, и мы отошли на другую сторону террасы, откуда продолжали метать гневные взгляды на своего обидчика, хотя это было ни с чем несообразно. Я до сих пор трепещу при одном воспоминании о нашей дерзости.