Отклонение или Лал-Земля-Лал. Часть 3

Поднявшись на второй этаж, Леверина пресекла пустой коридор и, набрав полную грудь воздуха, широко открыла дверь отцовского кабинета.

– Какого дьявола…, – раздражённо закричал господин Каруч, но так и не договорил, немо, подобно рыбе, двигая ртом, то ли всё ещё собираясь что-то сказать, то ли ему действительно не хватало кислорода.

Несколько секунд длилась немая сцена, они просто смотрели друг на друга, даже не двигаясь. И только после этого, Дора, сначала медленно, а потом бегом, бросилась к Леверине.

– Леверина! – закричала она.

– Нет! – остановила её Леверина, выставив вперёд руку. – Никаких объятий! Не приближайся ко мне! Сначала мы должны всё выяснить, а уже потом решим, хотим мы обниматься или нет.

– Что с тобой, Леверина? – Дора сбавила скорость, но не остановилась.

– Не подходи ко мне!

– Хорошо, хорошо, – согласилась Дора, останавливаясь. – Успокойся. Проходи, я сама дверь закрою. Садись.

– Может, выпьешь чего-нибудь? – спросил господин Каруч, с интересом наблюдая за разыгравшейся перед ним сценой.

Леверина подошла к креслу и села.

– Да, вина, – ответила она и, секунду подумав, добавила. – Аганского.

– Что? – удивлённо воскликнула Дора.

– Замолчи, – грубо остановил жену господин Каруч. – Аганского, значит, Аганского. Пусть пьёт, если хочет. Может, хоть оно поможет ей прийти в себя и успокоиться, – он поднялся, до краёв, наполнил крепким вином пузатый бокал и подал его Леверине. – А теперь говори, что случилось? – то ли предложил, то ли приказал он, вернувшись в своё кресло и тоже взяв бокал.

– Это как раз то, что я хотела узнать у вас, – ответила Леверина и сделав выразительную паузу, по очереди посмотрела на своих родителей. – Ну, да ладно, пусть будет по-вашему, я начну первая, – Леверина сделала небольшой глоток и поставила бокал на расположенный рядом с креслом журнальный столик. – И ты тоже садись, – обратилась она к застывшей у двери Доре. – Это будет долгая история, так что слушать её лучше сидя.

Дора послушно заняла свободное кресло, предварительно наполнив вином и свой бокал.

– Леверина…, – утолив возникшую от волнения жажду, начала она строгим голосом.

– Мы тебя слушаем, – не дав ей договорить, закончил господин Каруч.

– Отлично, – согласилась Леверина, обведя взглядом застывших в напряжённом ожидании родителей. – Наконец-то мы сможем серьёзно поговорить. Значит, вас интересует, что случилось? – она снова сделал выразительную паузу, будто бы испытывая их терпение.