Смерть Артура

ниже) Кадор заявляет: «For nauere ne lufede ich longe grid inne mine londe» («ибо никогда не любил я долгого мира в своей земле»), за что Гавейн его сурово упрекает. Но в «Гибели Артура» (I.36–38) не кто иной, как Гавейн:…до сражений жаден,Он в праздной пышности пагубу видел,Что Круглый Стол на крах обрекла.] запальчивый, королевин родич.

Гавейн всех грознее, горд и бесстрашен:

Сгущался сумрак – но слава росла его.

Первым средь паладинов представал не раз он:

55 Оплот и опора обреченного мира.

Как в последний прорыв за пределы осады —

Так вел их Гавейн. Веселым гулом

Голос гремел его в авангарде Артуровом;

Головней горящей грозил клинок его,

60 В побоище первым полыхал молнией.

Позади – пламя, противник – пред ними;

Все вперед, к востоку вела их удача.

Люд бежал без боя, как пред Божьим ликом,

Пустели пущи; в пустынных холмах

65 Не видал их взгляд, не внимал им слух —

Разве зверь да птица, что злобно рыщут

В одиноких угодьях.

До мглистого Мирквуда во мраке предгорий:

Позади – пустошь, пред ними – стены;

70 По сирым склонам стремились все выше

Чащ частоколы, черны, непролазны.

Темные тени таились в лощинах,

Где ветви витые вековечных дерев

Сумеречные своды сплетают над реками,

75 Что с луговин льдистых льются потоком.

Средь каменных кряжей каркали вороны,

Орлы откликались с облачных высей,

Выли волки у врат чащобы,

Веял ветер, волглый и стылый,

80 Гневаясь грозно над грядой леса

Средь листьев шумливых. Ливень хлынул,

Сглотнула солнце свирепая буря.

* * *

Вековой Восток восстает во гневе:

Раскатистый рокот, рожденный в темницах

85 Под горами грозными гремел окрест.

В высях провидит войско смятенное

Всадников вольных в вихревых тучах:

Мчатся во мраке в мглистых шлемах

Мороки бедствий на битву ярую.

90 Взвыл ветер. Величавые стяги

Сдернул с древков. Добрая сталь,

Серебро, и злато, и светлый щит

Померкли в мареве, во мгле потонули,

Полчища призраков с призывными кликами

95 Сходились в сумраке.