Сильмариллион

Время от времени покидала Йаванна дом Аулэ и цветущие луга Валинора и отправлялась на Восток – врачевать раны, причиненные Внешним Землям мятежным Айнуром.

И каждый раз по возвращении призывала Йаванна собратьев-Валаров выступить против Мелькора и избавить несчастные земли от злого владычества, не дожидаясь прихода Перворожденных.

Порой во тьму дремучих лесов наезжал могучий воин Оромэ. Тогда дребезжала земля под копытами сиявшего серебром в ночи дивного коня Нахара, а чудовища и хищные твари, во множестве расплодившиеся благоволением Мелькора, удирали со всех лап от исполинского копья и стрел великого Охотника.

Но едва стихали вдали копыта Нахара, как снова выползало из укромных щелей лиходейское зверье, и слуги Мелькора снова заполоняли землю мраком и ложью.

* * *

Теперь все сказано об устройстве Земли и ее правителях в начале дней до того, как мир изменился и встретил Детей Илуватара – Эльфов и Людей.

Там, в Довременье, Айнуры даже не заметили, как и когда в Музыке зазвучала тема Детей Илуватара. Впоследствии никто не дерзнул что-либо менять в замысле Единого, и поэтому Валары стали для эльфов и людей старшими братьями, учителями, но никак не властителями. Изредка Айнурам приходилось действовать принуждением, но к добру это не приводило, хотя и вызвано было добрыми побуждениями.

Айнурам ближе был народ эльфов. По замыслу Илуватара они были схожи, хотя, конечно, эльфы не могли сравняться с Айнурами красотой и могуществом. А вот людям достались от Творца странные Дары.

Говорят, что после ухода Айнуров на Арду настала тишина, и Илуватар около века сидел в одиночестве, погруженный в думы. Затем он сказал такие слова:

– Я люблю Землю, этот дом Квэнди и Атани! Квэнди станут прекраснейшими созданиями этого мира, им на долю выпадет познать, создать и дать миру больше прекрасного, чем другим моим Детям.

И он повелел, чтобы души людей и за гранью мира не знали покоя, стремясь в беспредельность. Люди получили право по своей воле избирать пути и строить жизнь среди стихий мира по собственному усмотрению, ибо в Музыке Айнуров, вместившей судьбу всех вещей в мире, не было темы людей; только Илуватар ведал о тех, кто должен был прийти следом за эльфами.