Две крепости

Я видел: в сыпучих песках пустынь

остались его следы.

Он скрылся на север, и с этих пор

я видеть его не мог.

Но Северный Ветер, быть может,

слыхал героя стозвонный рог?

О Боромир! С высокой стены я взор

устремляю вдаль.

Но ты не вернулся с пустынных земель,

и в сердце моем печаль.

Следопыта сменил высокий и чистый голос эльфа:

С горячих и вспененных губ морских,

от дюн, чей песок палящ,

Приносится Южный Ветер, и в нем –

тоскующих чаек плач.

О стонущий ветер! Какая весть сегодня

пришла с тобой?

Где странствует ныне герой Боромир?

Вершит ли жестокий бой?

– Увы, мне неведом героя путь.

Но горы недвижных тел

На белых и черных морских берегах я видел,

пока летел:

Их много легло по пути на юг –

искателей светлых вод…

Но Северный Ветер, быть может,

тебе счастливую весть несет?

О Боромир! К дороге на юг я взором

своим приник,

Но слышу лишь шелест печальных волн

и чаек тревожный крик.

И снова пел Арагорн:

Из северных стран, где Врата Королей,

где в бездне шумит поток,

Приносится Северный Ветер, трубя в холодный

и чистый рог.

О ветер могучий!

Какую весть сегодня принес ты мне?

Где странствует ныне герой Боромир?

Быть может, в твоей стране?

– Я видел, как вел он неравный бой,

я слышал призывный клич.

Я видел, как злая рука врага сумела его настичь…

И тело его приняла вода, умчав похоронный челн…

Героя укрыл Золотой Водопад в дыханье

летящих волн.

О Боромир! Я смотрю туда, где ты погрузился

в сон.

Я там, где поет Золотой Водопад –

с тобой до конца времен…

Песня кончилась. Друзья повернули лодку против течения и вернулись к Порт Галену.

– Восточный ветер вы оставили мне, – нарушил молчание Гимли, – но что о нем скажешь?

– Все свершилось как должно, – ответил Арагорн. – В Минас Тирите терпят ветер с Востока, но о вестях не спрашивают. Что ж… путь Боромира завершен, а наш еще даже не выбран…

Выйдя на берег, Арагорн тщательно осмотрел зеленый луг.

– Орков здесь не было, – уверенно заявил он. – Много наших следов, но возвращался ли кто-нибудь из хоббитов, я не знаю.

Однако у самого берега, там, где в Андуин впадал ручеек, он оживился.

– Вот здесь один из наших друзей входил в воду, а потом вышел, вот только когда? – Он вернулся к стоянке и внимательно осмотрел поклажу.

– Ну что? – нетерпеливо спросил Гимли.

– Двух сумок нет. Одна, побольше и потяжелее, Сэмова Вот и ответ.