Две крепости

Одна надежда: придет Колоброд и спасет нас. Вдруг у него других дел не окажется… Как же все-таки выпутаться?»

Он немного повозился, – путы держали крепко. Орк, сидевший поблизости, ткнул в его сторону пальцем и с хохотом объяснил что-то приятелю на орочьем наречии.

– Отдыхай, пока можешь, дурачок! – бросил он Пиппину на Всеобщем языке, звучавшем у него не лучше орочьего. – Отлеживайся! Уж мы найдем занятие для твоих лап. Еще пожалеешь, что они у тебя есть, пока доберемся домой!

– Жаль, не вышло по-моему, – вставил другой.

 – Ты бы попищал у меня, крысеныш! – Он наклонился над хоббитом, приблизив желтые клыки к самому его лицу. В руке тускло блеснул длинный зазубренный черный нож. – Лежи тихо, а то я пощекочу тебя вот этим! – прошипел он. – Проклятые Сарумановы прихвостни! Углук а багрон ша пушдаг Саруман-глоб бабхош скэй… – ругань гоблина сменилась бессильным ворчанием. Пиппин, испуганный, ненадолго затих. Запястья и лодыжки болели все сильнее, а острые камни врезались в спину. Постаравшись забыть про них, он стал прислушиваться, пытаясь понять, что происходит.

В стае явно назревала ссора. Голоса звучали все злее. Пиппин с удивлением обнаружил, что орки перешли на Всеобщий язык. Видимо, здесь собрались разные племена, которые с трудом понимали наречие соседа. Орки ссорились, решая, что делать с пленниками.

– Не убивать же их в такой спешке, – говорил один. – Ни развлечься тебе, ни побаловаться.

– Чего тянуть-то? – отвечал другой. – Прикончим их поскорее, прямо тут, и все дела.

– Приказ, – донесся третий голос, низкий и рокочущий. – У меня приказ. Убивать всех, КРОМЕ полуросликов, они должны быть доставлены ЖИВЫМИ, чем быстрее, тем лучше.

– Еще чего, – заговорили несколько голосов разом, – почему живыми? Они там сами, что ли, решили развлечься?

– Нет! Я слышал, у одного из них что-то есть, какая-то эльфийская штучка, для Войны. Их всех будут допрашивать.

– Немного же ты знаешь! Может, обыщем их? Нам эта штучка тоже сгодится.

– Интересная мысль, – тихо и зловеще сказал новый голос, – я доложу о ней. НЕ обыскивать и НЕ грабить. Мне было так приказано.

– Мне тоже, – сказал низкий голос. – Заживо и как есть; руки не распускать.

– Мы шли от самых пещер, чтобы отомстить за своих, – послышался один из первых голосов, – мы убьем их и уйдем назад, на север.

– Еще чего, – рявкнул прежний голос. – Я Углук. Приказываю здесь я. Мы возвращаемся прямо в Изенгард.