Дети Хурина. Нарн и Хин Хурин

Ныне же ведаем мы о твоей истинной сущности, ибо видели мы лица узревших Свет и внимали голосам тех, кто беседовал с Манвэ. Ты был до рождения Арды, но и другие тоже; и не ты ее создал. Есть и могущественнее тебя; ты растратил свою силу на себя самого; твоя собственная пустота поглотила ее. Ныне ты не более чем беглый раб Валар; цепь их и поныне тебя дожидается.

– Ты затвердил наизусть уроки своих хозяев, – молвил Моргот. – Но эти детские байки не помогут тебе теперь, когда все они бежали далеко прочь.

– Вот что напоследок хочу я сказать тебе, раб Моргот, – отозвался Хурин, – эти слова почерпнул я не из кладезей мудрости эльдар: они вложены мне в сердце в этот самый час.

– За Кругами Мира я и не стану их преследовать, – отвечал Моргот, – ибо за Кругами Мира – Ничто. В пределах же Мира им от меня не укрыться, разве что канут они в Ничто.

– Ты лжешь, – молвил Хурин.

– Ты все увидишь сам и признаешь, что я не лгу, – проговорил Моргот. И увел он Хурина назад в Ангбанд, и усадил его в каменное кресло на одной из вершин Тангородрима, откуда прозревал пленник вдалеке землю Хитлум на западе и земли Белерианда на юге. Там оказался он во власти Морготова колдовства; и Моргот, встав перед пленником, проклял его вновь и сковал его неодолимыми чарами так, что Хурин не мог сдвинуться с места, и умереть не мог до тех пор, пока не освободит его Моргот.

– Оставайся же здесь, – объявил ему Моргот, – и гляди на земли, где зло и отчаяние настигнут тех, кого ты предал мне в руки. Ибо ты посмел насмехаться надо мною и усомнился в могуществе Мелькора, Владыки судеб Арды. Моим взором будешь ты видеть отныне; моим слухом слышать; и ничто не укроется от тебя.

Глава IV

Уход Турина

Лишь трое мужей вернулись в конце концов в Бретиль недобрым путем через Таур-ну-Фуин; когда же Глорэдель, дочь Хадора, узнала о гибели Халдира, она умерла от горя.

В Дор-ломин вестей так и не пришло. Риан, жена Хуора, обезумев, бежала в глушь; там приютили ее Серые эльфы Митрима, когда же родился сын ее Туор, эльфы взяли его на воспитание. А Риан ушла к кургану Хауд-эн-Нирнаэт, и легла там на землю, и умерла.

Морвен Эледвен осталась в Хитлуме, во власти немой скорби. Сыну ее Турину шел лишь девятый год, и она вновь носила под сердцем дитя. Жилось ей несладко.