Изумрудный атлас

С прошлой ночи, когда они прибыли в приют, мисс Саллоу успела уже раз двадцать обвинить детей в том, что они ведут себя как «король и королевы французские». Что заставило ее заподозрить, будто они считают себя птицами столь высокого полета, осталось загадкой. Не успели дети переступить порог, как мисс Саллоу набросилась на них с упреками, браня за опоздание:

– Я смотрю, вы не спешили сюда добраться? Ну, конечно! Наверное, юные леди и джентльмен ожидали карету, запряженную четверкой резвых жеребцов? Требовали шоколадок да пирожных, чтобы угощаться в дороге?

Экономка была одета в старый красный свитер с дырами на локтях и мужские галоши без носков.

– Я приготовила ужин. Вряд ли он угодит изысканным вкусам короля и королев французских, но другого не будет. Можете отрубить мне голову, коли не понравится, я не возражаю. Сюда, ваши величества.

Они ужинали за деревянным столом на кухне.

Но несмотря на все это, она подала им такой ужин, которого дети не видели долгие годы. Жареный цыпленок, картофель, немного зеленой фасоли и теплый рисовый пудинг. Если платой за такое угощение было присвоение титула короля и королев французских, Кейт, Майкл и Эмма нисколько не возражали.

Когда они насытились до отвала, мисс Саллоу завопила: «Абрахам!» – и через несколько мгновений старик приковылял на кухню.

– Значит, они уже поужинали, – сказал он, поглядев на чистые тарелки и сытые, осоловевшие лица троих детей.

– Ох ты, какой же ты у нас зоркий, Абрахам! – огрызнулась старуха. – Ничего не упустишь, верно?

– Да я внимание обратил, мисс Саллоу.

– Слава небесам за такую милость, а то страшно подумать, как бы мы, несчастные, обходились без твоей наблюдательности! А теперь ты, может быть, соблаговолишь проводить их королевские величества в отведенные им покои, или же тебя распирает от новых глубокомысленных наблюдений, которыми ты жаждешь с нами поделиться?

– Идем, молодые люди, – вздохнул Абрахам.

Он повел их по четырем разным лестницам и по темным извилистым коридорам. Свет газовой лампы колыхался в такт его хромающей походке. Эмма висела на руке у Кейт, а полусонный Майкл на ходу врезался в два стола, одну лампу и чучело медведя.