Истории о Призрачном замке. Кровь, пепел и огонь. Книга пятая

Моя семья – восемнадцать человек, мы все укрылись в песках белой пустыни, в безлюдных пустошах Куртана, вместе с другими беженцами. А Хранители наблюдали за нами и ждали.

Она освободила руку, но Муно снова сжал ее в ладонях.

– Зачем ты мне это рассказываешь?!

Дака Кад-Хедарайя заглянула ему в глаза, и он увидел в ее твердом взгляде понимание. Он всегда чувствовал его, с того самого момента, когда Черная Пантера появилась в палате Башни Лекарей.

– Я была третьей верховной жрицей Адун. Так мой народ называл магию чресел.

Дака Кад-Хедарайя на мгновение замолчала, но тут же продолжила:

– Первой стала Сахат Ким-Фадайна, моя младшая племянница. Она укусила Зин-Чана и его жену, и убила собственную мать. Мой брат Бад-Хедар убил дочь собственными руками, когда увидел, что она сотворила. А потом убил себя. Худу распространилось в нашем лагере как огонь, не щадя никого.

Черная Пантера замолчала, будто вспоминая.

– Каждая мелочь, Муно. Каждая минута той ночи до сих пор сидит у меня в голове. Хранители предполагали, что это случится. Они пришли, и стали нас убивать.

– Хранители? Как Гектор Хронвек?

– Нет. Не как Гектор Хронвек.

Женщина отвела взгляд и тихо сказала:

– Он не похож ни на одного из них. Это были испуганные, потерявшие веру люди. Они просто пытались выжить. Они видели, что такое Худу. Нельзя было пустить его в Мирею.

Садриани кивнул с пониманием, но промолчал. Черная Пантера вздохнула.

– Я осталась единственной выжившей. Я убежала в пустыню, в белые пески, чтобы никому не навредить. Я чувствовала, как приходит голод. Ты ничего не знаешь о голоде, Линчеватель. Только вампир знает, что такое голод. Я пряталась от них, но они меня находили. Сначала Хранители, потом обычные маги, которых посылали из Цитадели, потом воины. Все они пали жертвами моего голода. Голод был силен, но я пыталась… Пыталась сохранить разум. И у меня получилось.

Черная женщина усмехнулась.

– Все погибли, Муно. Саноо больше нет. Но я живу. Я – Саноо. Если ты сдохнешь тут, в пыли, среди проводов, род Садриани прервется. Ты – Садриани. В тебе течет кровь твоих предков. Скажи, что ты услышал?

Муно с трудом выпрямил спину и снял с шеи моток разноцветных проводов.

– Я услышал голос очень мудрой женщины. И я клянусь, что твоя история уйдет со мной в могилу.

– Истории не умеют ходить, долговязый. А ты умеешь. Вставай и отправляйся спать.