Алый Глаз Демона

Никогда не считался с потерями. Атака на Дердехилл. Послал семь сотен человек в смертельную атаку, а затем еще и накрыл поле боя артиллерией.

– Тот маневр был необходим, – заговорил я спокойно, выйдя на корму к солдатам. Не по мне было прятаться, да и хотелось посмотреть, как они заговорят, имея настоящего оппонента в споре. – Мы выманили на себя засевшего врага и разбили силы, в двадцать раз превосходящие наши.

Они замолкли, явно не ожидая моего появления.

– Генералу легко судить, – заговорил рядовой по фамилии Корнефос.

Именно его я слышал поносящим Кастора. – Он ничем не рисковал.

– Каждое решение, подобное атаке на Дердехилл, давалось ему нелегко. Он как никто переживал за своих людей, а необходимые жертвы считал крайней мерой, когда все другие стратегии приводили к еще большим потерям.

– Тоже мне защитник нашелся, – Корнефос не скрывал своего призрения. – Ты был его любимчиком. Всегда при штабе. В безопасности. Даже здесь пользуешься прежними привилегиями. Пока мы несем наряды, ты отсиживаешься в каюте.

Рабочка на судне тоже мимо тебя. Спасибо, хоть помогал заторы расчищать, а то мы и на это не рассчитывали. Думали, останешься с госпожой ждать, пока мы сделаем всю работу. Ты был ручным зверьком генерала, и только поэтому майор Тирон тебя оберегает.

Корнефос, окруженный товарищами, с позволения сержанта поносил меня в попытках задеть, но его слова были пустыми, не неся ничего, кроме ненависти. Интересно, кого он потерял в той войне? Брата? Отца? Всю семью?

– Кастор послал меня в ту атаку при Дердехилле, – я продолжал говорить спокойно, наблюдая, как Корнефос меняется в лице.

 – Каждое наступление на западном направлении под его началом, что, по вашему мнению, была неоправданной, бесчеловечной или пустой, включала меня и моих людей.

Я сам рвался в битвы, уже тогда мечтая о смерти, которую заслужил по праву. Однако те поиски всегда заканчивались одинаково. Костлявая старательно избегала меня, зато рядом стоящих косила без устали.

На корме повисла тишина.

Был слышен только гул двигателя и плеск вод Унукалхай о борт «Канопуса».

– При Дердехилле выжило не больше двадцати человек, – проговорил рядовой Луксар, не веря тому, кто перед ним стоит.

– Четырнадцать, – уточнил я. – И то учитывая раненных, которые в итоге не протянули и недели. Когда мы выманили из укрытый окопавшиеся силы Коалиции и завязали бой, в живых от ударного отряда осталось от силы полторы сотни. Мы были окружены и в значительном меньшинстве.