Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар

Ведьм было намного больше, чем мы ожидали, а воскрешенных – больше, чем мы даже представить могли. Должно быть, убийств было много больше, чем нам удалось раскрыть. Всех этих людей, включая Эбигейл Фолкнер, принесли в жертву.

Я вспомнил всех невинных людей, которых судьи отправили на виселицу. Их среди ведьм не было. Все осужденные были добрыми богобоязненными прихожанами, и все же их обрекли на смерть. В этот момент из леса вышли еще две ведьмы, которые волокли за собой человека. Кажется, живого. При ближайшем рассмотрении он оказался преподобным Паррисом.

Его поставили перед ведьмой, одетой в церемониальные одежды. Когда она повернула голову, я с содроганием узнал Прюденс. Другие ведьмы затихли, и до нас донесся ее насмешливый голос:

– Чего же вы так напуганы, преподобный? Это ведь я, маленькая невинная Прюденс. Вероятно, вы удивлены, но вы ведь не думали, что все те бедняги действительно были ведьмами? Или думали? Тем не менее, все так и должно было случиться. Вы бы обязательно обратили внимание на мертвые тела вокруг Салема, если бы мы не отвлекли вас, подогрев ваши глупые предрассудки.

Вы, сэр (а я знавала многих церковников), самое жалкое корыстное существо. Вы не заслуживаете ничьего уважения.

Преподобный Паррис выкрикнул, как дитя:

– Зачем вы привели меня сюда? Я не состою в вашем порочном клане!

– Состоите, преподобный, – улыбнулась Прюденс. – Вы слепо следовали причудам истеричных детей и обратили это в свою пользу, одним за другим уничтожая своих врагов.

– Я не знаю, о чем ты говоришь, – простонал Паррис.

– Ай-яй-яй, преподобный. Конечно же, знаете. Разве вы не помните ночи, проведенные у огня с вашей милой племянницей? Вы тогда безмятежно рассуждали, кто, по вашему мнению, может оказаться ведьмой. Ну, какая же впечатлительная девушка не захотела бы угодить вам, особенно если она такая внушаемая. Так вы и подстроили, чтобы каждый, с кем у вас вышло непонимание, был заключен в тюрьму или повешен.

– Неправда! Я не такой! – воскликнул Паррис.

– Не пытайтесь отрицать это, преподобный.

Пришла ваша последняя ночь, так что помиритесь с Господом: скоро вы его увидите.

Она махнула рукой, и преподобного подбросило в воздух. Когда он упал, то закричал от боли, и нога его была вывернута под неестественным углом. Больше не обращая на него внимания, Прюденс повернулась к нашей матери. Та молчала, но явно была напугана.

Отец обратился к нам с Калебом:

– Мальчики, их слишком много. Мы трое против сотни могущественных ведьм.