Слабым здесь не место. Охота

– Что это?

– Оно остановит заражение.

– Или? – Балес отчего-то не сомневался, что было то, о чем Тархельгас умолчал.

– Или оставит тебя калекой, прежде проведя через тропу чудовищных мук.

– Но мне лучше, – слабая попытка возразить и подняться. Все тщетно.

– Сначала часть симптомов накатывает волнами. Особенно после моих попыток спасти тебя. Чувствуешь ноги?

Парень не ответил. В глазах на мгновенье застыл испуг.

– Я слышал, вы молились.

– Всего лишь слова.

– Безликие жрецы считали, что слова наполнены силой, дарованной богами.

– Хорошо бы, чтобы так оно и было.

Тархельгас вложил ему в руки остывающий котелок, но тот не спешил пить.

– Почему вы не дали мне умереть?

– Ты не должен расплачиваться ни за грехи отца, ни за ложь кодекса каст.

Но в этом ли была причина? Или просто голоса не могли позволить Балесу умереть, заставляя сделать все, чтобы он выжил?

Охотник подумал, что парня устроил ответ, потому как тот поднял котелок, сделав три больших глотка.

На деле Джувенил вновь увидел тень и попытался от нее избавиться, надеясь, что напиток поможет.

– Теперь, пожалуй, самое время для вашей истории. Я ведь выжил.

– Напомнить, кто тебя вытащил?

– И все же я жив.

Иронично слышать подобное от человека, чье лицо заплыло синяками, ноги отказали, а сам он сгнивал заживо.

– Надолго ли?

Балес еще раз приложился к мерзкому солоноватому вареву, прежде чем ответить.

– Может быть, на час или чуть больше, – он наконец допил все до последней капли, – но я предпочту, чтобы вы говорили все это время.

Умирать в тишине нет особого желания.

Тархельгас не понимал, откуда в парне столько силы и стойкости. В бою с костяником или даже при виде тех же трупов тот метался по всему лесу, а сейчас, когда у него все шансы умереть, он так спокойно принимал происходящее.

Охотник не мог больше ничего сделать для Джувенила. Лишь выказать уважение его храбрости. Поэтому и начал говорить. Сначала мало. Лишь обрывками фраз, словно с непривычки.

Дальше пошло легче. Он рассказывал все, не прячась за удобной ложью о том, что те события давно затерялись в прошлом. Он не врал из уважения и потому как знал, что Джувенил из касты Балес, скорее всего, не доживет до утра.

Глава третья

– Границы нашего государства всегда находились под защитой трех главных крепостей. Крепость Сломанной Стрелы предотвращала любые попытки Высших продвинуться вглубь страны с южного направления.