Слабым здесь не место. Охота

– Выходит, можно все бросить? Вы же охотник.

– Я не решаю проблемы местных, когда они втихую прирезают друг друга.

– Банды вы тоже не выслеживаете, – Джувенил напомнил о нежелании охотника расследовать недавнее нападение, – словно руководствуетесь одному вам известным принципом. Кодексом, что написали для себя.

Голоса в голове взорвались единым криком.

У него были на то причины. Весомые и неумолимые, и он пойдет на все, чтобы достигнуть цели. Перешагнет через любого.

Повинуясь голосам, желавшим устранить препятствие, Тархельгас сжал клинок, увидев в парне угрозу.

У Балеса были все шансы лечь шестым подле семьи Соирбрич, но внезапный треск поваленного дерева, раздавшийся в опасной близости, спас парня.

А затем тишину леса разорвал скрежет костей и хруст рвущейся плоти, который был хорошо знаком каждому, кто служил в Воющей крепости.

5

Именно этого и опасался Тархельгас. Именно об этом предупреждал парня. Но что значат слова и предостережения, когда ужас не парализует, а полностью берет под контроль? Контроль непредсказуемый, не объяснимый логикой и опасный.

Джувенил выхватил клинок, развернувшись лицом к источнику леденящего скрежета, который мог показаться в любой момент.

– Только не дергайся. – Тархельгас собирался ухватить парня за шиворот и потащить за собой, когда в свете горящих факелов увидел то, с чем не готов был справиться.

Он ожидал встретить гниющего. Невысокое человекоподобное существо со звериными чертами, походившее на пса, с отдельными кусками шерсти вперемешку с проплешинами порченой плотью.

Перед ним же стоял костяник. Гниющий, что после поедания мертвых приобрел иную форму. На вид хрупкую и медлительную, но Тархельгас знал, насколько она не соответствовала пугающей действительности.

Тонкие ноги удерживали обтянутое серой кожей костлявое туловище и непропорционально длинные исхудавшие руки, что почти лишились мышц. Лысая морда, как и прежде, вытянута, только теперь усеяна вторым рядом клыков. Появившийся хвост служил балансу, чтобы уравновесить создание.

На первый взгляд существо обманчиво неуклюже, слабо, однако же эти дряхлые руки легко рвали плоть на кровавые куски и едва не ломали щиты стражников.

Вся нелепая конструкция из плоти и костей была выше человека на три головы, и, казалось, его жизнь поддерживала неведомая сила, а не кровь, текущая по венам, которые так отчетливо проступали на коже. Истинное порождение кипящих котлов.

И все же это существо было отчасти разумно.