Слабым здесь не место. Охота

Пусть она и была далеко не первой свежести, в изорванных одеждах и синяках, но все же природа брала свое. Не к деве плоти, конечно. Балес вспомнил прошлое и ту, которую ему пришлось оставить, чтобы отыскать Тархельгаса.

К нему пришло опустошение, и он понял.

– Женщин, – пауза. – Здесь нет женщин. Только девы плоти. Почему?

– Котлы – суровый край. Слабым здесь не место.

– Это не объяснение.

– Оглядись. Пьяные раззадоренные мужики после тяжелого лика, не знающие, куда выплеснуть злость этого мира.

– Хотите сказать, все держат жен по домам?

– С детьми. Там, где те хранят уют, если тебе будет угодно.

Охотник опрокинул еще стопку, но Балес заметил, что тот ее не выпил.

– А девы плоти не разжигают проблем? – Парень не придал этому значения, хотя следовало.

– Кто даст больше металла, тому даст дева. Все просто, но нередко и из-за них тоже случаются драки. Женщины – лишь следствия. Мужчины – причина. Одни лишь разжигают огонь, а другие опасны уже сами по себе.

Тархельгас вновь сделал вид, будто пьет.

«Прячется на виду», – подумал Балес. Но от кого?

Ответ был очевиден, едва он взглянул на главаря банды. Тот тоже наблюдал за ними.

Мужик подмигнул Джувенилу.

– Мы пришли сюда переждать ночь, – заговорил охотник, наливая Балесу выпить. – Это недалеко ушло от истины. Так не будем лишний раз нервировать наших знакомых.

Парень скривился, опрокинув стопку, также оставив ее практически нетронутой, пока охотник продолжал говорить:

– Но это не значит, что их правда должна стать полностью нашей.

6

Едва ли свеча успела отмерить и час, когда градус в очаге уже давно превысил пределы нормы. Веселье, если происходящее можно было так назвать, было в самом разгаре. Балес, балансируя на грани, то и дело задавал вопросы, на которые охотник пусть и отвечал, однако делал это с явным нежеланием.

Тархельгаса больше занимал очаг и присутствующие, чем Джувенил с его любознательностью.

– Мы оставили в комнате наши вещи.

– Рад твоей наблюдательности.

– Я лишь хотел спросить, зачем вам щит? Тут, с собой?

– Привычка, оставшаяся со службы, – снова сухой ответ. – С ним чувствуешь себя спокойнее. Прикрытый тыл.

Охотник все это время, что ел и делал вид, будто пьет, не снимал его со спины. И казалось, тяжесть прочного металла нисколько не беспокоит его.

– Теперь у вас есть я.