Последний Путь Демора. Возрождение Утраченного

Где-то на верхних ярусах щебетала местная фауна. Звуки, что сначала казались разрозненными, медленно перетекали в незамысловатую мелодию, которая странным образом успокаивала. Сквозь густеющие кроны деревьев просачивались солнечные лучи, формирующие сотни световых столбов различных размеров или даже форм, будто бы связывая небеса, лес и землю воедино прочной нитью. У самых крупных и ярких из них порхали бабочки. Окружающая красота завораживала своей первозданностью.

Нест столько раз слышал от своей Матери рассказы об этих лесах, но воочию увидел впервые.

Дэлиграт не стал его торопить или как-то отвлекать. Отряд и без того был измучен, нуждался в отдыхе. К тому же им было, что обсудить, ведь целый путь они почти не обмолвились словом после произошедшего в Лессее.

Демор скомандовал привал на том же месте, где и стоял.

* * *

Поющий Лес – особое место, где даже крохотный лоскут пламени можно посчитать чуждым, не говоря уже о костре, который пришлось развести отряду, осквернив это царство огнем.

Все были голодны и излишне молчаливы.

Измотанный Нест как всегда занимался готовкой, Дайсу, сидевшая чуть поодаль, копошилась в своей сумке с травами, пока Дэлиграт, не обращая на нее внимания, осматривал свои искореженные наручни.

Схватка с Аласенсом не прошла для доспеха бесследно. Вдоль всей длины меч эльфа оставил аккуратный, но в то же время широкий разрез, раскроив металл на две части.

Он отложил доспех и взглянул на Дайсу, которая от самого Лессея сторонилась его.

Настало время во всем разобраться. И едва Дэлиграт собирался заговорить с ней, как девушка внезапно обратилась к гилксу.

– Нест, с тобой все в порядке? Ты последнее время нас беспокоишь.

– Да? – удивился он. – И чем же?

– Гилксы славятся своей выносливостью, – пустилась в объяснения Дайсу, – и они не спят, а если и спят, то только в тех случаях, когда общаются со своей Матерью. А ты заметно устаешь. Да и засыпаешь почти каждую ночь.

– Пусть мои братья сначала постранствуют с Дэлигратом, а уж потом кричат о своей выносливости, – попытался отшутиться Нест, помешивая еду, так и не заметив истинной причины ее беспокойства.