Тутанхамон. Гробница фараона

Между ними, вокруг них и над ними громоздилось множество других вещей: сундуки с тончайшей росписью и инкрустацией; алебастровые сосуды, некоторые с прекрасными сквозными узорами; странные черные ковчеги – из открытой дверцы одного из них выглядывала огромная золоченая змея; букеты цветов или листьев; красивые резные кресла; инкрустированный золотом трон; целая гора любопытных белых футляров овальной формы; трости и посохи всевозможных форм и рисунков. Прямо перед нашими глазами на самом пороге комнаты стоял великолепный кубок в форме цветка лотоса из полупрозрачного алебастра.

Слева виднелось нагромождение перевернутых колесниц, сверкающих золотом и инкрустациями, а за ними – еще одна портретная статуя фараона.

Таковы были некоторые предметы, находившиеся перед нами. Не ручаюсь, что мы заметили их все в тот момент: возбуждение мешало вести систематический осмотр. Только теперь до наших взбудораженных голов дошла мысль, что среди всего этого нагромождения всевозможных вещей не было ни саркофага, ни каких-либо следов мумии.

И вновь стал все тот же вопрос: что мы нашли, гробницу или тайник?

Еще раз осмотрели комнату, приглядываясь ко всему уже с этой точки зрения, и только тут заметили справа между двумя черными статуями-стражами еще одну запечатанную дверь. Все постепенно стало ясно: мы все еще находились лишь в преддверии настоящего открытия. То, что мы видели, было только передней комнатой. За охраняемым замурованным входом должны были находиться другие покои, возможно даже целая анфилада, и в одном из них – это было, вне всякого сомнения – во всем великолепии своего смертного убранства возлежал сам фараон.

Для начала мы видели достаточно. У нас уже начинали кружиться головы при мыслях о задаче, стоящей перед нами. Мы заделали отверстие, заперли деревянную решетку, установленную на месте первой двери, поручили ее охрану нашим помощникам-египтянам и, взобравшись на ослов, затрусили вниз по Долине к своему дому, странно подавленные и погруженные в молчание.

Вечером завязался разговор о дневных событиях.

Любопытно было наблюдать, как противоречили друг другу наши мнения о том, что, собственно, мы увидели. Каждый заметил что-нибудь ускользнувшее от внимания всех остальных. А на следующий день мы были поражены тем, что все проглядели огромное количество бросающихся в глаза предметов.

Естественно, что больше всего нас интриговала запечатанная дверь между двумя статуями. Далеко за полночь затянулись споры о том, что могло за ней находиться.