Бросай кости

Облизываю губы и пытаюсь побороть головокружение и подкатывающую тошноту.

– Волков Михаил, капитан.

– Верно, – девушка перелистывает лист. – Код доступа к отсеку четыре-А?

– Три, семнадцать, двадцать восемь, четыреста четыре, тысяча.

– Верно, – кивает она, пока я медленно пытаюсь встать. – Кодовое имя протокола номер семьсот сорок три?

– «Алая вспышка».

– Верно. С возвращением, капитан.

– Сколько я проспал?

– С момента начала Вашей гибернации прошло четыре месяца.

– Почему разбудили раньше?

– Майор приказал собрать в штабе всех офицеров, но также три имени было в списках тех, кого следует разбудить преждевременно.

Мне подали мою форму – и я быстро ее надел. Посмотрел направо, глядя на то, как ту же самую процедуру проходят еще два офицера, но они были тоже не с моей смены. Оба были также в звании капитана, и одним из них была женщина.

– Капитан Макс Браун, – протягивает мне руку мужчина, а затем, после того, как я называю ему свое, как-то странно улыбается.

Я хмурюсь.

– Ну хорошо, – говорит он. – Не стану обламывать тебе кайф.

Мне не понравилось, как быстро этот капитан перешел на «ты», но я решил ничего не говорить. Мы просто встретили глазами подошедшую к нам девушку с кожей цвета молочного шоколада.

– Капитан Михаил Волков.

– Капитан Макс Браун.

– Капитан Микаэлла Сакс.

Почему-то капитан Браун снова начал улыбаться.

– Еще одна жертва амнезии, – начал он, но, заметив наши недоумевающие взгляды, вытянул руки вперед.

– Капитаны, – обращается к нам подошедший гладко выбритый лейтенант, – прошу за мной. Майор ждет вас.

Я помнил, где находится штаб, и потому быстро зашагал вперед, обгоняя лейтенанта.

– Лучше не спеши, кэп, – снова слышу этого Брауна. – Если он сказал идти за ним – то лучше идти за ним. Он как скрипт в компьютерной игре.

Он меня начал реально бесить. Обернувшись к нему, я делаю несколько шагов и встаю прямо перед ним.

– Слушайте, капитан Браун…

– Для тебя просто Макс.

– Макс? – переспрашивает капитан Сакс и начинает разглядывать этого «просто Макса», будто и правда что-то начала вспоминать. Прямо на моих глазах в ее глазах словно расцветает понимание. Я словно вижу, как воспоминания загружаются в ее мозг. – Вот же срань святая!

Бьет она себя по лицу.

– Макс! Сукин сын! – и тут она прыгает на него, нарушая субординацию.