Шпионское наследие

Я провел в разделенном городе неделю и сейчас предвосхищаю парочку горячих дней и ночей в обществе шведской журналистки Дагмар, в которую без памяти влюбился за три минуты во время коктейль-вечеринки, устроенной нашим верховным комиссаром, а по совместительству британским послом в Бонне, где расквартировано вечно-временное правительство Западной Германии. Я должен с ней увидеться через пару часов, а пока решил нанести визит в наш берлинский Центр, чтобы поздороваться и заодно попрощаться с моим старым другом Алеком.

Рядом с Олимпийским стадионом в краснокирпичных, оживляемых эхом казармах, построенных во славу Гитлера и известных как Дом германского спорта, наши сотрудники готовятся к выходным. Алека я нахожу в очереди к зарешеченному окну регистратуры, куда сдают подносы с секретными документами. Он меня не ждал, но уже привык ничему не удивляться.

– Привет, Алек, – говорю я. – Рад тебя видеть.

– О, привет, Питер, – отвечает он. – Что ты тут делаешь?

После нехарактерной заминки он спрашивает, буду ли я занят в эти выходные.

Я отвечаю утвердительно. Жаль, говорит он, а то я подумал, не съездить ли нам в Дюссельдорф. Почему, спрашиваю, в Дюссельдорф. Следует очередная заминка.

– Да просто вырваться из этого чертова Берлина, – говорит он, неубедительно пожимая плечами. И, понимая, что даже в самых дерзких мечтах я не могу себе представить его обычным туристом, добавляет: – Нужно увидеться с одним человеком по поводу собаки.

 – Из чего я делаю вывод: он дает мне понять, что ему надо встретиться с пехотинцем, а я пригодился бы на роль не то фона, не то прикрытия. Но это еще не повод подвести Дагмар.

– Алек, боюсь, не получится. Скандинавской даме необходимо мое безраздельное внимание. А мне – ее.

Он обдумывает мои слова, но что-то в его реакции меня настораживает. Он как будто обижен или озадачен. А по ту сторону решетки уже проявляют нетерпение. Алек передает документы.

Клерк регистрирует их в журнале.

– Женщина не помешает, – говорит он, не глядя на меня.

– Даже если она считает, что я работаю в Министерстве труда, а в Германии ищу научные таланты? Побойся бога!

– Возьми ее с собой. Все будет хорошо.

Знай вы Алека так же хорошо, как я, вы бы поняли, что это равносильно призыву о помощи. За многие годы совместной охоты, со всеми взлетами и падениями, я ни разу не видел его таким потерянным.