Отель «Нью-Гэмпшир»

– С твоей травмой тебе меня не поймать, – сказал я.

Я оказался не прав; он нагнал меня на сорокафутовой отметке и ткнул лицом в свежую краску. Он как раз встал коленями мне на спину, когда я услышал, как он резко выдохнул; он свалился с меня и лежал на боку на гаревой дорожке.

– Господи, – сказал он тихим, слабым голосом.

Фрэнни ухватилась за жестяную чашечку в его бандаже и резко ее крутанула вокруг его интимных органов, как мы это тогда называли.

После этого мы оба смогли убежать.

– Откуда ты знала? – спросил я ее.

– Он мне как-то показывал, – мрачно сказала она.

Мы тихо лежали в сосновых иголках глубоко в лесу, который простирался за спортивным полем; мы слышали свистки тренера Боба и столкновения игроков, но были укрыты от них от всех.

Фрэнни никогда не возмущалась, когда Де Мео колотил Фрэнка, и я спросил, почему она вмешалась, когда Ральф попытался намять бока мне.

– Ты не Фрэнк, – свирепо сказала она.

Она намочила юбку в мокрой траве на краю леса и вытерла с моего лица известь, задрав край юбки так, что был виден ее голый живот.

– Спасибо, – сказала она, собираясь стереть с моего лица всю известку до последней капли; она подтянула юбку еще выше, плюнула на нее и продолжила тереть.

Мое лицо начало саднить.

– Почему мы друг друга любим больше, чем Фрэнка? – спросил я ее.

– Просто любим, – сказала она, – и будем любить. А Фрэнк зануда, – сказала она.

– Но он наш брат, – заметил я.

– Ну и что? Ты тоже мой брат, – сказала она. – Я тебя люблю не поэтому.

– А почему? – поинтересовался я.

– Так просто, – сказала она.

Какое-то время мы в лесу боролись, пока Фрэнни не попало что-то в глаз. Я помог ей вынуть соринку. Фрэнни была потной и пахла, как чистая грязь. У нее были очень высокие груди, казалось слишком широко расставленные на грудной клетке. Но Фрэнни была сильной. Обычно она легко могла со мной справиться, если только я не оказывался полностью сверху; тогда она начинала щекотать меня так, что, если бы я с нее не слез, я мог бы описаться.

– Когда-нибудь я смогу победить тебя, – сказал я ей.

– Ну и что? – ответила она. – К тому времени ты этого уже и не захочешь.

Толстый футболист по имени Пойндекстер вошел в лес, чтобы облегчиться. Заметив его, мы спрятались в папоротниках.