Последний присяжный

Это считалось признаком хорошего воспитания и куртуазности, а поскольку ни тем ни другим я похвастать не мог, было очень важно перенять как можно больше местных обычаев.

– Что это за имя – Калия? – спросил я.

– Итальянское, – ответила она так, словно это объясняло все. Она съела лишь горстку бобов, я обглодал отбивную до косточки.

– Итальянское?

– Это был мой первый язык. Долгая история – одна из многих. А что, редакцию действительно пытались сжечь?

– Да, пытались, – подтвердил я, не веря собственным ушам: чернокожая женщина из сельского района Миссисипи и вдруг «первый язык – итальянский».

– И напали на мистера Мика?

– Совершенно верно.

– И кто же они?

– Пока неизвестно. Шериф Коули ведет расследование. – Мне очень хотелось узнать ее мнение о шерифе, поэтому я сделал паузу, не преминув отломить при этом еще хлеба. Вскоре по моему подбородку потекло масло.

– Он уже давно служит шерифом, не так ли? – сказала она.

Я не сомневался, что мисс Калли точно знает дату, когда Маккей Дон Коули первый раз купил себе должность шерифа.

– Что вы о нем думаете?

Она отпила немного чая и поразмыслила. Мисс Калли не была склонна к скоропалительным ответам, особенно когда речь шла о других людях.

– По эту сторону дороги хорошим считается тот шериф, который умеет оградить нас от игроков, бутлегеров и сутенеров. С этой точки зрения мистер Коули работу свою выполняет исправно.

– Можно мне кое о чем вас спросить?

– Разумеется. Вы ведь журналист.

– У вас необычно правильная и четкая речь.

Какое образование вы получили? – Щекотливый вопрос в обществе, где в течение многих десятилетий образованию особого значения не придавали. Шел 1970 год, в Миссисипи еще не было ни общедоступных детских садов, ни закона об обязательном среднем образовании.

Она рассмеялась, позволяя мне еще раз полюбоваться своими фантастически красивыми зубами.

– Я окончила девять классов, мистер Трейнор.

– Девять классов?

– Да, но мой случай необычный. У меня был чудесный учитель.

Впрочем, это еще одна длинная история.

Я начинал понимать, что понадобятся месяцы, а то и годы, чтобы мисс Калли рассказала мне все свои удивительные истории. Не исключено, что происходить это будет здесь, на террасе, во время еженедельных банкетов.

– Давайте отложим ее на потом, – мягко добавила она. – Как поживает мистер Коудл?

– Неважно. Думаю, он больше не выйдет из дома.

– Прекрасный человек. Он навсегда останется в сердцах нашей черной общины.