Виноваты звезды

 – Красивая стриженая девушка не признает авторитетов и влюбляется в парня – ходячую проблему. Это, насколько я вижу, прямо твоя автобиография.

Каждый слог флиртовал. Честно говоря, он меня прямо-таки завел. А я и не знала, что меня возбуждают парни, – ну, в реальной жизни.

Мимо прошла маленькая девочка.

– Как дела, Алиса? – спросил он.

Она улыбнулась и промямлила:

– Привет, Огастус.

– «Мемориальные» ребятишки, – объяснил он. «Мемориалом» называлась большая исследовательская клиника. – А ты куда ходишь?

– В детскую, – ответила я неожиданно тонким голосом.

– Обязательно посмотри «“V” значит Вендетта», – напомнил он.

– Ладно, – согласилась я. – Посмотрю.

– Нет, со мной. У меня дома, – сказал он. – Сейчас.

Я остановилась.

– Я тебя почти не знаю, Огастус Уотерс.

Он кивнул:

– Честный ответ, Хейзел Грейс. – Он обогнал меня, расправив плечи и выпрямив спину. Он лишь чуть-чуть припадал на правую ногу, но уверенно и ровно шагал на, как я определила, протезе. Остеосаркома обычно забирает конечность. Затем, если вы ей понравились, она забирает остальное.

Я медленно двинулась за ним наверх, постепенно отставая: подъем по ступенькам – вне сферы компетенции моих легких.

Из сердца Иисуса мы вышли на парковку, на приятно свежий весенний воздух и под замечательно резкий дневной свет.

Матери на парковке не оказалось, что было необычно – она почти всегда меня поджидала. Осмотревшись, я увидела, как высокая фигуристая брюнетка прижала Айзека к каменной стене церкви и довольно агрессивно его целовала. Все происходило достаточно близко, и до меня доносились причмокивающие звуки. Айзек спрашивал: «Всегда?» – и девушка отвечала: «Всегда».

Неожиданно оказавшись рядом со мной, Огастус вполголоса сказал:

– Они свято верят в публичное выражение нежных чувств.

– А причем тут «всегда»?

Чавкающие звуки стали громче.

– Это их фишка. Они всегда будут любить друг друга и все такое. По моей скромной оценке, за прошлый год они обменялись сообщениями со словом «всегда» четыре миллиона раз.

Отъехала еще пара машин, забрав Майкла и Алису. Остались только мы с Огастусом – наблюдать за Айзеком и Моникой, которые шустро продолжали, будто и не у стены культового сооружения.