Ключи Пангеи. Панацея

Сейчас я занял позицию ведущего и управляю ходом мыслей собеседника. Секундой позже на скале появился заспанный Тео, немного шатающийся Наумар и нахмурившийся Баон. Гном вырвал бутылку со спиртным из рук торговца и убрал к себе в инвентарь. Последней во вспышке телепортации прибыла Императрица Маккой, притащив с собой какого-то пацана лет шестнадцати. Окинув взглядом толпу, эльфийка сразу всё поняла.

– И это все? – Эрато улыбнулась. – Ну же, не стесняйтесь! Из присутствующих здесь только у двоих есть шанс завалить Голда.

Баон окинул толпу взглядом, посмотрел где задержался взгляд Эрато и коротко кивнул Монарху из числа эльфийских благородных.

Эльф, Эскиалу Санари, 1001 уровень (ранг: Монарх)

Судя по гербу на одежде, не ветке, листу или плоду, а аж целому дереву, мне повезло лично увидеть одного из князей эльфийских владений.

– Глаза не подводят Вас, Эскиалу, – Баон говорил тихо, но его слова резонировали с верхними слоями астрала. Голос, пробирающий до глубин. – Я тоже был удивлен, увидев всё лично.

– Понимаю, Баон-эр, – князь вежливо кивнул в ответ. – Потомки Санари здесь ради наград от Системы. Мы не будем участвовать в охоте.

– Благодарю за понимание, – гном снисходительно улыбнулся. – Отправь к нам своих представителей. Посмотрим, какие есть точки пересечения в делах наших кланов.

Новые участники Игр продолжили прибывать на нашу скалу. Если зрение меня не подводит, на других аналогичных горных вершинах происходит то же самое. Проявление аур Эрато и Баона выросло с ранга Стража до Монарха. Видимо, в этот раз Императрицу ограничили максимально разрешенными рамками проявления силы на Играх. Прошло больше десяти минут, а она так и не сказала мне ни слова. Гном в мою сторону даже не смотрит, опасаясь разозлить Эрато.

Тео взглянул на черный меч, висящий у меня на поясе.

– Аои? [Обещание исполнено?]

[Да, дитя реликвии. Ты свободен.]

[Тео?]

– Аои! [Хозяин меча помог. На прятках. В обмен на услугу. Найти новый хозяин для меч.]

[На Прятках? То есть ты видел прежнего хозяина меча?]

[Дитя реликвии, ты дал клятву. Помни об этом.]

– Аои. [Не могу говорить, Джон. Меч… не враг.]

Видно, как тяжело Тео даются слова. Когда речь зашла о мече, он разволновался, сам того не замечая. Даже к прежнему стилю речи вернулся.