Хризалида. Ветры перемен

– Что с деньгами делать будешь?

– Вам отдам четыре миллиона. В финансах навыки отца на порядок выше моих. Он их лучше использует, к тому же действует ради семьи. Остальное на карманные расходы.

– А губа не треснет? Пятьсот тысяч кредитов на карманные расходы!

– Я эти деньги сама заработала! – Фиджи поставила руки на пояс, гордо подняв подбородок. – Мне еще надо научиться их тратить и привыкать к такому достатку. В общем, развивать свои требования к качеству жизни.

Мама покачала головой.

– Вся в братьев пошла. Ну просто один в один по суждениям и умозаключениям. Как там твой избранный?

Фиджи нахмурилась.

– У него опять проблемы с родителями. Но хуже всего то, что он погружается в эту проблему слишком глубоко. Он уже шептать об этом начал, а не прошло и суток.

– Если он и вправду гений, то для них свойственно такое поведение. Это волевая депривация восприятия от внешних раздражителей для улучшения масштаба и точности мышления. Они погружаются в свое сознание и думают уже внутри него.

– Вот тут-то и проблема. – Фиджи выставила перед мамой два указательных пальца. – Мне все больше кажется, что у него несколько потоков сознания и сейчас все они думают только о родителях. Он может с ума сойти от переживаний. Такой вариант развития событий маловероятен, но не исключен, и для меня он крайне нежелателен. Прошло всего восемь месяцев с момента встречи. У меня почти шестисотый уровень и девять миллионов кредитов в графе доходов.

Мама смотрела на дочь, которая едва из пеленок вылезла, а пытается мыслить как взрослая. Налицо недостаток жизненного опыта.

– Фиджи, просто ты исключение из правил. Саджи младше тебя, и он еще не пришел к таким же умозаключениям о силе и цели.

– Вот этого я и боюсь. Он может слишком сильно привязаться к этому миру и не захотеть двигаться дальше.

Семья Эльмаро работала в отделе стратегического планирования развития космических колоний соседних государств. Два десятка человек из Лунара косвенными мерами задавали направление развития колоний в пограничных государствах.

По сравнению с дедом Мигелем отец и братья унаследовали скромные крохи его способностей.