Чисто эльфийское убийство

Они были не просто разобраны, они выглядели так, будто свирепый варвар порубил их огромным топором на мелкие кусочки. В ответ на мой немой вопрос, он лишь горько скривился, и крепко и многоэтажно выругался в адрес производителя импортных микросхем.

– Если бы ты только знал, какой продвинутый робот на самом деле прятался у меня прямо под носом! Когда я первый раз взглянул в микроскоп на молочнокислую бактерию, я понял, что последние десять лет потратил впустую! – Сказал Войцех и топнул ногой.

– Бактерия круче процессора, серьёзно? – недоумевал я.

– Ты не поверишь. Ну ладно, вот смотри. Может твой ноутбук разделиться надвое, и стать двумя? ¬– продолжал Войцех ехидно прищурившись.

– А бактерия может?

– Ты идиот?

– Да прости ступил. Может конечно, в смысле бактерия может. – Ответил я, инстинктивно прикрываясь от его кулаков, на которых уже побелели костяшки.

– Только представь, человеческие гаметы, по устройству даже проще чем одноклеточные водоросли, но именно им роботы обязаны своим существованием.

Нет, друг мой добрый, до тех пор, пока роботы не смогут производиться без участия человека – мне они больше не интересны. – сказал Войцех, и пнул носком груду обломков робота.

– Но как же, они и так без участия человека делаются. В чистой комнате, где делают процессоры только станки и манипуляторы. Люди туда вообще не заходят. Первые мясные руки, которые оскверняют кремний, это руки упаковщика, и те в перчатках.

– Ой, не валяй дурочку! Ты знаешь о чём я! – махнул рукой Войцех.

 – А станки кто делает? То-то. Инженер – слабое место робота. И я это исправлю.

– Инженер – это сильное место! – ответил я, насупив брови. – Бактерия может родить только бактерию! А инженер на станке любую деталь выточит!

– Точно. Ты прям с языка снял. – Сказал Войцех. – Я планирую слить инженера и станок воедино! – продолжил он и пошатываясь направился к двери своей лаборатории.

Он самодовольно поправил золотистую чёлку и передал мне бутылку спиртного.

Медленно и торжественно он приоткрыл дверь в свою лабораторию, и меня втянуло внутрь, как мультяшную корову втягивает летающая тарелка инопланетян.

Эх, если бы мне сейчас вспомнить, о чём мы тогда говорили! Пользуясь тем, что вскоре я выпил больше чем он, Войцех толкал безразмерные речи о возможностях которые открывает генетика, о каких то химерах и прочих ботанских диковинках. После долгих пьяных лекций, он водил меня в свою домашнюю лабораторию.