Любовь и война. Великая сага. Книга 2

В его широко открытых глазах Джастин на мгновение увидел такую ярость, что испугался, как бы раб не напал на него. Да, теперь, когда черные республиканцы действительно начали войну, чтобы отобрать у достойных людей их собственность, ниггеры заметно осмелели. В последнее время необъяснимо участились негритянские похороны. Ходили слухи, что на самом деле в гробах закапывают оружие для бунта. Старые страхи белых перед черной расой расползались по низовьям, как гнилостная зараза в летний сезон.

– Убирайся! – рявкнул на раба Джастин.

Мем с привычной покорностью выскочил из комнаты, закрыв за собой дверь; от его короткой мятежности не осталось и следа.

Джастин взял с кровати утягивающий корсет для живота. Снизу его звал Френсис, голос у брата был испуганный. Выругавшись, Джастин отшвырнул корсет и натянул тесные канареечные брюки. На ткани тут же выступили пятна влаги. На ходу застегивая гульфик, он поспешил вниз по лестнице, остановившись лишь для того, чтобы выдернуть из ножен висевшую на стене старую саблю.

Выскочив на улицу, он увидел, что в конце обветшавшего дома вовсю разгорается драка. Его гвардейцы – в шикарных, но безбожно перепачканных мундирах – окружили двоих мужчин, которые пытались отобрать друг у друга старую винтовку Холла. Этими двумя были кузены Лемке – вспыльчивые недоумки, владевшие процветающей фермой неподалеку.

Френсис, совсем исхудавший в последнее время, поспешил к брату:

– Оба пьяны в стельку! Может, лучше позвать ниггеров? Эти ребята уже вошли в раж настолько, что просто не позволят нам разнять их.

Да уж наверняка, подумал Джастин. Парочка гвардейцев захихикала, глядя на его мокрые брюки и заметно выпирающий живот.

– Черт, неужели ты не можешь призвать их к порядку? – прошипел он. – Почему это всегда должен делать я?

На самом деле ничего он делать не собирался. Вцепившись мускулистыми руками в спорное оружие, каждый из кузенов с силой тянул его в свою сторону.

Один Лемке изменил положение рук, а другой в это время толкал ствол ружья вниз. Те, кто стоял ближе, попятились. Ружье оглушительно выстрелило, испустив клуб дыма.