Серые ублюдки

Никто не говорил об этом вслух, но все знали, что квартирмейстер на самом деле был хилячным – сыном матери-полуорка и отца-человека. Худой, скаредный и хитрый, он занимался распределением запасов со злонравной деловитостью. Он был до того жаден, что никогда не стриг волосы, и те копной скрученных локонов с проседью ниспадали к его костлявому заду. И тем не менее Шакал, которому доводилось видеть старого хрыча в драке на ножах, никогда не решился бы перейти ему дорогу без чертовски веской на то причины.

– У меня нет лишних мазей, Шакал, – заявил ему Мелочник, как только он приблизился к стойке.

– Мазей? Я здесь не за этим.

– Да ну? – Мелочник ухмыльнулся. – А я думал, у тебя соски потрескались после кормежки щенят у Берил.

Старый болван от души посмеялся над собственной шуткой, не переставая, однако, наставлять приспешников, переставляющих с места на место мешки и бочки. Он явно ничего не знал о кавалеро. Ваятель приложил все усилия, чтобы скрыть правду об этом грязном деле.

Колпак и Шакал дождались, пока на крепость не спустилась ночь, а потом вынесли тела из опоросного сарая и сложили в колесную телегу, в которой обычно вывозили умерших свиней.

Затем тела сожгли в печи Горнила, словно дрова. Шакал не был рад тому, что присоединился к Колпаку и Игнасио, верным псам вождя. И не собирался оставаться с ними надолго. Проведя бессонную ночь, он принял решение и отправился в хранилище прежде, чем вождь успел назначить ему следующее задание.

– Мне нужна птица Месителя, – сказал он Мелочнику.

 – Ваятель хочет отправить еще послание.

Мелочник на мгновение задержал на нем взгляд и только потом исчез в глубине своих запасов. Шакал слышал, как старый стригальщик монет распекает невидимых сопляков, которые вызвались помогать ему. Много лет назад Шакал любил работать в хранилище, и Мелочник тоже ему нравился. Но за время своей службы в качестве посвященного успел потерять к этому вкус. Теперь старый хилячный казался ему утомительным. Мелочник вернулся с плетеной клеткой, в которой смиренно сидел неоперившийся голубь.

Шакал принял клетку у старика, чьи пальцы словно противились ее отдавать.

Выходя из хранилища, Шакал услышал крик ему вслед:

– Клетку вернешь!

Не потрудившись ответить, Шакал зашагал через двор.

На хрен Ваятеля.

И Игнасио.

И все их планы.

Шакала втянули в расправу над полудюжиной мужчин. Это была ловушка, которую он сам помог поставить, но одно дело – попасться в ловушку, а другое – в ней остаться.