Домашние правила

Я отведу тебя к миссис Витбери.

У миссис Витбери наверняка есть имя, но я никогда его не произносил. Она живет на другой стороне улицы, ее покойный муж прослужил в полиции тридцать пять лет, и ей хорошо известно, что такое срочный вызов. Эта женщина нянчилась с Сашей, когда мы с Ханной еще были вместе, и теперь тоже присматривает за ней, когда дочка остается у меня, а я вдруг должен уехать на работу.

– От миссис Витбери пахнет носками.

Так и есть.

– Давай, Саша, поторопись. – Она садится, зевает, а я надеваю на нее куртку, завязываю под подбородком флисовую шапку.

– Я не знаю.

– Ну, внизу их нет. Ты бы лучше поискала, а то мне никак не найти.

Саша озорно улыбается:

– Но ты же детектив?

– Спасибо за доверие. – Я поднимаю ее на руки. – Будешь в тапочках. Я отнесу тебя в машину.

Я пристегиваю дочку к детскому креслу, хотя нам ехать всего-то двадцать ярдов, и тут вижу сапоги, лежащие на резиновом коврике. Видимо, Саша скинула их по пути домой из «Гановера», а я не заметил, потому что нес ее в дом на руках.

Если бы все загадки решались так просто.

Миссис Витбери открывает дверь молниеносно, будто дожидалась нас.

– Мне так неудобно вас беспокоить… – начинаю я, но она только отмахивается:

– Ничего страшного. Я мечтала провести время в хорошей компании. Саша, не могу вспомнить, ты любишь шоколадное мороженое или печенье?

Я ставлю дочку за порог, говорю одними губами:

– Спасибо, – и поворачиваюсь, чтобы уйти, мысленно прочерчивая кратчайший маршрут до места преступления.

– Папа!

Я оборачиваюсь и вижу, что Саша тянет ко мне руки.

Долгое время после нашего развода дочка не могла выносить, когда кто-нибудь ее оставляет. Мы придумали ритуал, который со временем превратился в заговор на удачу.

– Поцелуй, обними, дай пять, – говорю я, встав на колено и делая то, что говорю. Потом мы соединяем большие пальцы и давим на них. – Мешок арахиса.

Саша прижимается к моему лбу своим.

– Не переживай, – говорим мы хором.

Дочка машет мне, а миссис Витбери закрывает дверь.

Я прикрепляю к крыше машины мигалку, превышая лимит скорости, проезжаю двадцать миль и только тогда понимаю, что мертвец не станет мертвее, если я появлюсь на пять минут позже, а вся дорога покрыта тонкой коркой льда.

И это напоминает мне…

Что я не выключил воду, она так и течет из шланга, а значит, к моменту моего возвращения Сашин каток, вероятно, разольется на весь задний двор.