Ворон и роза

Лето так чудесно, что она задумывалась, зачем Господь создал зиму. Она слышала, что на юге есть земли, где зимы не бывает. И снова она дивилась милосердию Господа. Удивительно, что он не поразил ее насмерть за все ее грехи.

– Прекрати таращиться на вершину, – сказала сестра Элизабет. – Ты никогда туда не попадешь, и ничего с этим не поделаешь.

Глэдис снова посмотрела вперед, наклонив голову.

– Я знаю, но это так близко. И мы относимся к тому аббатству. И аббатство, и холм – святые места. Люди совершают туда паломничество, так почему нам это запрещено?

– Потому что мы живем здесь праведной жизнью.

Идем.

Глэдис пошла за сестрой Элизабет.

– А что, если это правда, что Христос однажды был в Гластонбери? Тогда Гластонбери такой же, как Святая земля, – сказала она.

– Это сказки. В Библии этого нет.

– Священники из Гластонбери иногда говорят об этом.

– Это хорошо для бизнеса, – цинично заметила сестра Элизабет.

Глэдис знала, что это правда. В нынешние трудные времена монастыри соперничали за пилигримов и их дары.

– Работай, Глэдис. Все эти ягоды нужно помять.

Глэдис подчинилась, опустив большой пестик в чан с ежевикой, но не думала, что святого Иосифа так легко отстранить. Она не помнила, было ли в Библии упоминание, что он торговал металлом, но если так, он мог приплыть в эту часть Англии. Если он так хорошо знал Иисуса из Назарета, чтобы отдать ему свою гробницу, то ведь он мог взять его с собой в путешествие?

Старая церковь определенно существовала – та, про которую говорили, что она построена самим Христом.

Те из сестер, которые попали в Роузуэлл в возрасте достаточном, чтобы помнить, видели ее: маленькое, очень старое строение. Где случаются чудеса.

И знаменитое терновое дерево тоже существует.

Оно цветет каждые Святки, что уже само по себе чудо, и цветущую веточку приносят в Роузуэлл каждый сочельник. Говорят, в Англии нет другого такого дерева, значит, это чудо. И какое другое объяснение может быть, кроме того, что гласит легенда: оно выросло из посоха Иосифа Аримафейского, который воткнул его в землю, пока отдыхал?

Но ничто из этого не объясняло ее собственное восхищение вершиной.

Когда Глэдис смотрела на Гластонбери-Тор, у нее сердце щемило от тоски, появлялось ощущение, что стоит только себе позволить, и она полетит туда. Эти ее чувства были так похожи на тоску по ее рыцарю, что Глэдис задумывалась, есть ли тут какая-нибудь связь. Но он сражался около замка.