Тайна леди

Ее желтоватая кожа обтягивала кости, так что она напоминала скелет. Петра постаралась улыбнуться и пожелала ей доброго вечера.

Женщина хмыкнула, глотнула что-то из большой бутыли и вернулась к своему котелку.

Петра села, стараясь собрать вокруг себя плащ, и для тепла, и чтобы он не касался грязного пола. Окна располагались высоко и были закрыты ставнями, хотя она сомневалась, что в них вообще есть стекла, потому что сквозняки колебали пламя единственной свечи, горевшей на столе. Судя по запаху, она была сальной, но тут были и другие запахи, и она боялась, что некоторые идут от котелка.

Мадам Гулар вышла в левую арку, и Петра услышала приглушенные голоса. На мгновение у нее закрались подозрения, но она вспомнила о двух женщинах, открывавших ворота. Они, наверное, переодевают мокрую одежду. Они вышли под дождь, чтобы впустить несчастных путников, хотя и боялись, потому что их мужчин не было дома.

Эти люди настоящие добрые самаритяне, нельзя об этом забывать.

Мадам Гулар вернулась, неся большой глиняный кувшин и кожаный мешочек.

Петра поблагодарила ее, но вынуждена была спросить, что это. Путешествие научило ее, что местные еда и питье могут быть своеобразными.

– Пуаре.

А, это грушевый сидр северной Франции. Петре ужасно хотелось хорошего вина или кофе, но это было полезно.

– Благодарю вас. Очень освежающе. Я сестра Иммакулата.

– И откуда же вы? – спросила женщина, изучая Петру глазами почти такими же опухшими, как у старухи.

– Из Милана, – ответила Петра.

– Это в Англии?

Петра поняла, что ей нужно было назвать английский город, и уже хотела согласиться, но это была бы ложь.

– Нет, мадам. Это в Италии.

Мадам Гулар вскинула голову.

– Ваш брат сказал, что вы англичане!

– О, это так, мадам, но у нас в Англии нет католических монастырей, так что мне пришлось поехать в Италию, чтобы принять постриг.

Женщина все еще хмурилась, и Петра была рада, что тут не было видно ни распятия, ни другого священного предмета.

– Нам с братом не следовало спешить, но я плакала при мысли, что моя бедная матушка может умереть до того, как я увижу ее в последний раз.

Мадам Гулар все еще хмурилась, но тут вошли две другие женщины.

Они были примерно возраста Петры и в отличие от старших выглядели здоровыми и веселыми.