Счастье под запретом

– Вот именно. Какая женщина позволит себе такие вольности с совершенно незнакомым мужчиной, непрошено, нежданно-негаданно.

– Хорошо вышколенная проститутка, которая, похоже, хотела, чтобы ты почувствовал себя в долгу перед ней.

– Верно.

– Ничего не имею против опытных шлюх, если они не претендуют на большее, а ты?

Френсис не ответил. Он испытывал сильное искушение признаться Николасу, что ничегошеньки не знал о продажных женщинах.

– Ты же не женат, – подчеркнул Николас. – И я подозреваю, что эта женщина заинтриговала тебя и дьявольски тебя притягивает.

– Ты забываешь, что я почти помолвлен.

– А-а, так все уже улажено?

– Нет. Но я собираюсь побеседовать с герцогом при первой же возможности.

– А что, возможностей до сих пор не представлялось?

Френсис бросил на друга укоризненный взгляд, и Николас рассмеялся, явно недоумевая.

– Извини. Дурная привычка. Обещаю, что больше не буду ехидничать без разрешения.

– Отлично.

Но Френсис согласился в душе, что давным-давно мог бы уладить все дела с предложением руки и сердца. Так почему же он медлил? Николас прервал его размышления.

– Итак, тебе нужно избавиться от непрошеной соблазнительницы подобру-поздорову. Расскажи мне, что ты о ней знаешь.

– Ничего.

Но под настойчивым взглядом Николаса он добавил:

– Она напугана, хотя я не знаю почему. Она прекрасна настолько, что это смущает меня. Никогда бы не подумал, что женская красота может быть помехой, но ее чары просто обезоруживают.

– Кажется, ты не собираешься сбыть ее с рук.

Френсис подпер голову рукой.

– Наверно, я не сделаю этого.

Полено в камине с треском рассыпалось.

– Если не принимать во внимание ее сатанинскую красоту, – задумчиво произнес Николас, – кстати, твои эмоции на сей счет я прекрасно понимаю, – и тот факт, что ты собираешься жениться, есть еще какая-то причина для беспокойства?

– Господи, да разве этого мало? – спросил Френсис, поднимая голову.

– Всегда есть что-то, что перевешивает все остальное. Что тебя пугает в ней больше всего?

Френсис подумал.

– Ее красота, – сказал он наконец. – Она настоящая Лорелея и могла бы заманивать мужчин на верную смерть.