Черный маркиз

Хотите пойти со мной и поискать?

Все трое с радостными улыбками подбежали к двери и последовали за Дианой. Она много лет не вспоминала о своих игрушках, среди которых были просто великолепные. Она подошла к двери в конце коридора, повернула ключ и открыла ее.

– Увы, – заметила она, – здесь нет ни темных закоулков, ни скелетов.

Дети захихикали в ответ, а она выдвинула ящик большого шкафа.

– Здесь одежда. Можете поиграть, наряжаясь в эти маскарадные костюмы.

Судя по вежливым улыбкам детей, их не слишком увлекала эта идея.

– Хотите перчатки? – спросила она.

Все трое отрицательно покачали головой.

– Искусственные цветы?

Снова молчаливый отказ, однако ребята поняли, что это вроде игры, и слегка оживились.

Диана подошла к следующей большой коробке.

– Зимние чулки…

– Леди Аррадейл! – смеясь, взмолилась Элеонора.

– О, вы ждете игрушки. Хорошо, пойдем дальше. – Она открыла дверь в другую комнату, где было еще больше коробок, а также стояли какие-то большие накрытые покрывалами предметы.

– Я разрешаю вам открыть их, – сказала она. – Но только осторожно – они могут сломаться.

Все трое двинулись вперед, явно озадаченные и взволнованные.

Сара заявила, что как старшая будет выбирать первой, и сняла одно из покрывал.

– Деревянная лошадка! – воскликнула она. – Какая прелесть!

Двое других ребят окружили Беллу – так, оказывается, звали серую в яблоках лошадку, – и Диана погладила ее белую гриву, вспомнив, как часто с удовольствием играла в детстве с этой игрушкой.

– Можно я сяду на нее, миледи?

Убедившись, что игрушка в порядке, Диана сказала:

– Конечно, вы все можете сделать это по очереди.

Сара осторожно села в седло, расправив свои длинные юбки, и начала раскачиваться, позвякивая колокольчиками.

– А это что? – спросил Чарли, вместе со второй сестрой снимая другое покрывало. Сара тотчас слезла с лошадки и тоже подошла посмотреть на деревянный шкафчик на ножках.

– Это ящик с волшебными картинками, – пояснила Диана, открыла дверцы и указала на трубку: – Надо смотреть сюда.

Чарли нерешительно приложил глаз к трубке.

– Я ничего не вижу.

– Конечно. Не хватает света и картинок.