Завет Локи

Но для Попрыгуньи – хотя и она отсутствием аппетита явно не страдала – желание немедленно позавтракать оказалось далеко не на первом месте.

«А что, сегодня какой-то особенный день? – мысленно спросил я у нее. – Я планировал сперва хорошенько подзаправиться, затем, возможно, с удовольствием полежать в теплой ванне, а уж после этого можно было бы и за дела приняться; например, приобрести что-нибудь пристойное из одежды, потому что то, что ты носишь, похоже скорее на жалкие обноски пещерного тролля…»

– Нет! Сегодня мне нужно быть в школе! – отрезала Попрыгунья.

В школе? Я соотнесся с ее внутренним лексиконом. Раздел в нашем совместном мысленном пространстве, обозначенный как ШКОЛА, был окутан сплошным мраком. Похоже, это понятие будило в душе моей хозяйки слишком много противоречивых и даже конфликтующих чувств. Интересно, подумал я, почему же она тогда так туда стремится? Ведь посещение этой школы явно не вызывает у нее ни малейшего восторга?

«По-моему, это никуда не годная идея, – попытался возразить я.

 – Давай лучше поступим в соответствии с планом А».

– Никакого плана А! Сегодня я должна быть в школе и точка.

Но, покопавшись в мыслях Попрыгуньи, я почувствовал, что к этому вопросу у нее все же весьма двойственное отношение. С одной стороны, она явно испытывала страх перед руководством школы – что, разумеется, никоим образом не могло быть связано с моим на нее влиянием, – а с другой стороны, она все сильней боялась, что я неким образом могу обнаружить себя в присутствии тех людей, которые, безусловно, имели для нее значение и могли бы осудить ее за то, что она позволила мне остаться.

Особенно важным, похоже, было для нее мнение ровесников и в первую очередь некой особы по имени Стелла. Это имя, как мне показалось, вызывало у моей хозяйки одновременно и восхищение, и злобу. Но больше всего места в разделе ШКОЛА занимало непонятное действо, именуемое ЭКЗАМЕНЫ, – и это, похоже, было для Попрыгуньи важнее даже мнения о ней пресловутой Стеллы.

– Что такое ЭКЗАМЕНЫ? – спросил я.

Попрыгунья, зарычав от бессильной злобы, швырнула телефон на пол и в ярости воскликнула:

– Ну почему ты все еще здесь?! Почему ты не можешь оказаться самым обыкновенным сном? – Затем она нырнула в кучу барахла, пытаясь выудить оттуда брошенный телефон, и я, оглядевшись, заметил, что большая часть ее комнаты заставлена предметами, чем-то родственными этому телефону, хотя природа всех этих вещей была мне абсолютно не знакома.