Обольщение со второго дубля

Ханна почувствовала вокруг себя запах ванили, который исходил от женщины. От свежего ветерка и прикосновения шелковистой ткани зуд сразу уменьшился. Неожиданно из-за напичканной электроникой операторской тележки донеслись ругательства. Келли вздрогнула, а у Ханны задергался глаз. Они замерли, слушая, как режиссер орет на кого-то в телефонную трубку.

Ханна поняла, что нужно поскорее уходить. Три часа в обществе этого негодяя – это для нее слишком. На территории ранчо «Разлив ручья» для нее арендован домик, так что нет надобности оставаться здесь и слушать ругань Вентуры, когда до дома всего два шага.

– Келли, думаю, пора закругляться, – сказала она, завязывая пояс на халате. – Я сама сниму грим.

– Я не виню тебя, – пробормотала Келли себе под нос, украдкой поглядывая в сторону босса. С искаженным злобой лицом он кричал о тупости подчиненных и некомпетентности сотрудников студии. – Возьми салфетки для снятия макияжа, – предложила Келли, протягивая Ханне маленькую пачку, – ты же не хочешь, чтобы кто-то подумал, что ты только что побывала в ужасной аварии.

– Ты моя спасительница, – сказала Ханна, доставая влажную салфетку из пачки. Сняв свою сумочку с крючка на столбе, она пошла в сторону выхода. Кожаные тапочки звонко шлепали ее по голым пяткам. – Спасибо, Келли. Увидимся утром.

Внутренний голос подсказывал, что ей стоит немного задержаться в надежде, что Вентура в злости и плохом настроении непроизвольно выдаст свою преступную натуру.

Ханна ускорила шаг, торопясь домой, чтобы побаловать себя, но тут перед ней возникло лицо рыдающей сестры. Быстро переустановив приоритеты, она решила принять душ, переодеться и тайком вернуться в конюшню, чтобы посмотреть, не натворил ли еще что-нибудь этот задница Антонио. Ничто не доставило бы ей большего удовольствия, чем отправить его за решетку.

Ничто, даже приятное времяпрепровождение с красавцем ковбоем, который сегодня спас ее от продолжения съемок.

* * *

Брок Макнейлл не мог выбросить актрису из головы.

Спустя два часа после того, как он забрал своих лошадей у этого идиота-режиссера, превратившего жизнь на ранчо «Разлив ручья» в ад, Брок все никак не мог избавиться от мыслей о соблазнительной блондинке на сене.