Ничья в любовной игре

Однако он единственный посмел строить карьеру вне родного штата и за пределами сферы влияния своей семьи, за что газеты Нового Орлеана окрестили его «Луизианским оборотнем». Но Жан-Пьер был не таким человеком, чтобы играть в тени своего прославленного брата, и ему было все равно, что скажут ученые мужи от спорта. И когда «Гладиаторы» сделали ему предложение, он с радостью принял его, как только оправился от шока. Дело в том, что Джек Дусе стал заклятым врагом семейства Рейно после ссоры между двумя кланами, связанной с футболом.

Джек был вторым человеком в техасской команде, которой владел дед Жан-Пьера, и разрыв повлек за собой не только вражду, но и оборвал краткий школьный роман Жан-Пьера с дочерью Джека, когда Дусе переехали на другой конец страны.

Жан-Пьер очень удивился, когда команда Джека предложила ему контракт с «Гладиаторами». Нью-Йорк – большой город, здесь есть где развернуться и проявить себя достойным наследником футбольной семьи, но ошибок он не прощает.

– Ты готов? – спросил его сотрудник спортивного радио Нью-Йорка, когда репортеры окружили его плотной толпой.

Жан-Пьер кивнул, убрал со лба мокрые волосы и поправил галстук. Его мускулы все еще горели от напряжения, ему было жарко, а тут еще этот костюм с галстуком, надетый специально для интервью. После двухчасового забега по полю шелковый пиджак по ощущениям воспринимался как шерстяное одеяло.

Вокруг все стихло. Двери заблокировали. В ожидании первого вопроса Жан-Пьер посмотрел поверх голов репортеров на толпу фанатов.

Взгляд Жан-Пьера переместился туда, где сидел владелец команды, устроивший прием для своих почитателей в дальнем конце бара вместе с другими не такими популярными знаменитостями и несколькими игроками-первогодками.

И в тот самый момент, когда ему следовало сконцентрироваться на журналистах, он увидел ее.

Дочь главного тренера, Татьяну Дусе. Проведенная с нею в прошлом году жаркая ночь уничтожила все шансы на восстановление их дружбы. Но, черт побери, ему хватило одного взгляда на нее, чтобы утроился жар, пылавший в его теле после игры.

Он ослабил галстук, не в силах оторвать от нее глаз.

Высокая, стройная, она была в ярком платье, усеянном блестками, со скромным вырезом под горло и длинными рукавами, обхватывающими запястье, но зато таком коротком, что практически не скрывало ее великолепных длинных ног. Шелковым шарфом Татьяна попыталась усмирить копну рассыпавшихся по плечам каштановых кудрей.