Доверься мне вновь

 – Может быть, тебе все-таки нужно быть гением психологии?

Деревянной ложкой Блэр смешала масло с сахаром. Ей нравилась высококачественная посуда, но она скучала по некоторым кастрюлям и сковородкам из домашнего обихода. С помощью этих предметов мама учила ее печь. Острая боль страха за маму прорезала все остальные эмоции, которые бурлили в ней всю эту неделю.

– Для тебя быстрее просто пообщаться со мной, – возразила Тана, указывая ложкой в сторону Блэр. – И дешевле тоже. Я даю достаточно хорошую разговорную терапию.

Блэр не знала, что сказать. Ей нужен был друг. Но она не хотела говорить о Лукасе. Хотя, учитывая, как ее захлестывала тревога о матери, Блэр задавалась вопросом, имеет ли смысл беспокоиться еще и о Лукасе. Ее соседки по комнате уже знали, что она проводила большую часть своих выходных в Катскиллах, навещая Эмбер, но они не знали почему.

Блэр испытывала облегчение, что не придется говорить об этом.

Но теперь? Раскаленное добела копье беспокойства пронзило ее изнутри, и ей до боли захотелось поделиться с кем-нибудь своими тревогами.

– О боже мой. Что случилось? – Тана соскользнула со столешницы, позволив сковороде и ложке со стуком упасть в раковину, не сводя глаз с Блэр. Она нежно обняла Блэр за руку. – Я сказала что-то оскорбительное? Ты же знаешь, что я просто болтаю чепуху, верно? Я ничего не знаю о разговорной терапии. Ничего ни о чем. Тебе обязательно нужно готовить, если это делает тебя счастливой.

Искренняя забота ее подруги ослабила страх Блэр.

Она отставила миску, радуясь тому, что кто-то в ее жизни заботился о ней настолько, чтобы спросить, что с ней происходит.

– Ты меня не обидела, – заверила ее Блэр, слегка коснувшись лбом лба Таны. – Ты потрясающая.

Похвала заставила Тану немного отшатнуться, взволновав ее.

– Что ж, я действительно стараюсь.

Она пожала плечами, прежде чем выражение ее лица стало серьезным.

Блэр уже не в первый раз задавалась вопросом, какие жизненные обстоятельства сформировали Тану.

Блэр знала, что в ней есть глубокое сочувствие. Иногда она наблюдала, как Тана орудует старой видеокамерой вокруг особняка, снимая мельчайшие детали их жизни – Блэр чистит кисточки для макияжа в раковине, или Сэйбл укорачивает подол платья – таким образом, что это казалось личным. Даже интимным.

Блэр собиралась заговорить, поделиться тем, что происходит, когда этажом выше открылась дверь в квартиру.