Мой мужчина

Если бы только Чад мог остаться при других обстоятельствах! Разумеется, она обойдется без его помощи, но будет скучать. Она не любила мужа, но он был все-таки хорошим другом, а с отъездом Чада одиночество вернется.

Небо уже приобрело алый оттенок, свойственный закату бескрайних равнин, когда появился всадник. Он летел галопом.

– Иди в дом, Чад! Это почтальон, спешит управиться до ночи. Тебе не стоит попадаться ему на глаза.

Когда дверь закрылась, Рыжая, прихрамывая, спустилась с крыльца встретить верхового.

– Привет, Уилл! Что-то ты сегодня припозднился.

– Да уж, мэм. Проклятая коняга потеряла подкову, пришлось заехать к кузнецу. Можно бы, конечно, подождать и до утра, но я подумал: вдруг что важное? – Не удосужившись спешиться, почтальон перегнулся с седла, протянул Рыжей конверт и тут же повернул коня, крикнув через плечо: – Доброй ночи, мэм, а меня и так заждались к ужину!

Выждав для приличия, Рыжая вернулась в дом и присела к столу, чтобы распечатать письмо. Чад, уже в шляпе, направился к дверям, но его остановило громкое: «Вот сукин сын!»

– Кто?

– Мой братец! Ему вздумалось окочуриться.

– А я и не знал, что у вас был брат.

– Лучше бы не было! Вот уж о ком не стоит плакать. Мы никогда не ладили… да что там говорить, мы друг друга терпеть не могли, не переносили на дух! Вот почему я не могу взять в толк то, что здесь написано.

– А именно?

– Что этот негодяй оставил мне своих девчонок! Он, видно, спятил! Не в моем возрасте начинать возиться с детьми!

– Может, у него не было другого выхода, – предположил Чад.

– Вот это похоже на правду. – Рыжая задумалась. – Других родственников не осталось. Была еще одна сестра, моя двойняшка, но ее давным-давно нет в живых.

– А как насчет материнской стороны?

– Насколько я помню, их мать была единственным ребенком в семье. – Рыжая вернулась к чтению. – Хм… так… так… похоже, мне придется снова просить тебя об услуге.

– Что?! – На лице молодого ковбоя отразился откровенный ужас.

– Успокойся! – Рыжая невольно рассмеялась. – Я не прошу тебя удочерять девчонок Мортимера. Нужно только съездить за ними в Галвестон. Судя по всему, они выехали в тот день, когда было отправлено письмо, и, если вспомнить, как медлительна почта, должны уже быть на месте. Я бы отправилась сама, но вот нога…

– В самом деле, с больной ногой негоже пускаться в дальний путь. Туда и обратно – неделя.