Женись на мне до заката

Никогда в жизни Вайолет не испытывала такой сильной, граничащей с ненавистью, неприязни.

Тем временем Морган повернул на север, где раскинулась холмистая местность. Внезапно раздался громкий выстрел, и Вайолет закричала от неожиданности. Это стрелял Морган. Он спешился, поднял с земли длинную толстую змею с оранжевыми, белыми и черными полосками на спине и, вынув нож, отрезал ей голову. Вайолет вздрогнула, почувствовав отвращение, и услышала его голос:

– Если бы она приблизилась к мулам, они начали бы брыкаться, и вы непременно упали бы с Карлы.

Значит, Морган спас ее от падения? Ха! Скорее, он наслаждался ее испугом. Затем он почему-то не отбросил обезглавленную мертвую змею в сторону, как ожидала Вайолет, а сунул ее в одну из корзин. Неужели хотел забрать трофей домой? Вайолет поморщилась при этой мысли.

Проходя мимо мулов, Морган протянул Вайолет полоску вяленого мяса. Он мог бы сделать это пару часов назад! Небольшой кусочек жесткого мяса, конечно же, не утолит голод, но Вайолет жадно впилась в него зубами – ей стало немного легче.

На севере зелени было гораздо больше: здесь росла высокая трава, сосны, множество полевых цветов, но зной не отступал.

Вайолет потеряла счет времени. Приближался ли уже вечер или день был еще в полном разгаре? Она не рисковала смотреть на солнце. В последний раз, когда Вайолет это сделала, чтобы узнать, который час, солнечные лучи ослепили ее, и она долго ничего не видела.

– Давайте немного отдохнем, – сказал Морган, когда они оказались в тени большого дерева, росшего на берегу прозрачного озера.

Карла тут же направилась к воде, чтобы напиться.

– Позвольте мне помочь… – начал было Морган, подходя к Вайолет, но она не дослушала его, соскользнула с мула и тут же упала на колени, не устояв на ватных ногах.

Морган, покачав головой, протянул ей руку, но Вайолет, не обращая на нее внимания, стала разуваться, сидя на земле.

– Я бы не рекомендовал… – заметил Морган, но не закончил фразу.

Вайолет встала и на дрожащих ногах, шатаясь, подошла к кромке воды. Сев на траву, она погрузила в прохладную воду ступни и зажмурилась от блаженства.