Похищенная невеста

Потом она причесала свои длинные золотистые волосы и заколола их на затылке так, что масса завитков и локонов обрамляла лицо. Выбрав шляпку для предстоящей поездки, девушка спустилась вниз и отыскала столовую, в которую вела одна из дверей холла. Джон уже сидел за столом вместе с Говардом и Кэтрин Йетс. До Кристины донесся аппетитный запах ветчины и пирожков с яблоками. Кроме того, она заметила яичницу и блюдо с горячей сдобой.

– Кристина, дорогая, не могу выразить, как я рада видеть тебя! – Добрые серые глаза Кэтрин улыбались.

– Сегодня мы все едем на званый ужин к друзьям, – вмешался Говард. – Но не волнуйтесь, там будет много молодежи.

Он весело рассмеялся. Говарду и Кэтрин Йетс было уже около пятидесяти, но эти жизнерадостные и дружелюбные люди любили вращаться в обществе, и приятелей у них было хоть отбавляй. Оба были давними друзьями семьи Уэйкфилдов, и брат с сестрой знали их с самого детства.

– Мне не терпится увидеть город! – с энтузиазмом воскликнула Кристина, накладывая себе понемногу с каждого блюда. – Хочу отправиться за покупками и заказать себе гардероб! Надеюсь, вы присоединитесь ко мне, Кэтрин?

– Конечно, дорогая. Мы поедем на Бонд-стрит. Это как раз за углом, и лавки там на каждом шагу!

– Я, пожалуй, тоже поеду, поскольку все равно не усну. Мне тоже надо кое-что купить, – заметил Джон.

Джон по-прежнему выглядит усталым, но, возможно, он так же взволнован, как и она, подумала Кристина. Горничная наполнила ее чашку дымящимся чаем, пока она торопливо поедала яичницу с ветчиной.

– Через минуту буду готова, – пообещала она, заметив, что все уже кончают завтракать.

– Не торопись, детка, – ответил Говард с веселой улыбкой на краснощеком лице. – Времени у тебя сколько угодно.

– Говард прав, Крисси. Не ешь так быстро, – покачал головой Джон. – Живот заболит, и тогда вообще никуда не поедешь!

Все рассмеялись, но Кристина продолжала поспешно глотать, почти не жуя. Ей хотелось поскорее отправиться в путь. Она не предполагала, что придется ехать на званый ужин в первый же вечер пребывания в Лондоне, и поэтому захватила с собой всего одно вечернее платье, сшитое для последнего бала в доме лорда Хантингтона.