Прекрасная буря

Если кому-то из них вообще удалось уцелеть… Потом Жак увидела, что экипаж бандитов, стоявший позади двуколки, развернулся и поехал в обратном направлении, а за ним и экипаж Перси. Значит, они все-таки решили избавиться от них? И боже! от тел убитых? Молчание бандитов во время похищения было зловещим – за все время был отдан только один приказ. Жаклин поняла, что это похищение было очень хорошо спланировано.

И тут на ее голову надели мешок. Снова! Почему? Она ведь уже знала, кто ее похитил, какой смысл в мешке? Разве что затем, чтобы скрыть ее лицо? Ублюдок сделал так и в прошлый раз, чтобы никто из его людей ее не узнал.

Мешок был очень узким и сплющил нос девушки. Одно хорошо, что она не чувствовала больше речной вони. Этот запах был прекрасно ей знаком, ведь Жаклин много раз приходила вместе с родными на берег Темзы, чтобы проводить одного или другого из пятерых братьев Андерсонов в плавание.

Лодка резко ударилась обо что-то и остановилась – они прибыли. Жаклин подхватили на руки, перебросили через плечо и потащили вверх по веревочной лестнице.

Вот они уже на палубе. Открылась дверь, а затем раздался топот входивших в комнату за ней и несущим ее мужчиной людей. Жак встрепенулась, услышав, как кто-то сказал:

– Похоже, мне сломали чертову челюсть.

Кто-то хмыкнул:

– Если бы тебе сломали челюсть, ты не смог бы сказать, что она сломана, а, приятель?

Ни один из голосов не принадлежал ублюдку.

Однако ее не развязали. С нее лишь стащили ботинки, и ей удалось хорошенько пнуть кого-то в грудь, когда снимали первый. Спрятанный в ботинке кинжал выпал и ударился об пол. Раздался приглушенный смешок кого-то из мужчин. Но пока они не обыскали ее и не обнаружили пистолет в кармане, девушка повернулась и легла на него, хотя пистолет и врезался ей в бок, но так, по крайней мере, им будет труднее дотянуться до оружия.

Вместо того чтобы обыскивать ее, они связали ей ноги. После этого послышались шаги и хлопок закрытой двери. Впрочем, Жак полагала, что один из них остался в комнате. Ублюдок? Пока он не начнет двигаться или говорить, она не сможет понять, он ли это, ведь мешок все еще на ее голове.