Пылающие сердца

 – Ты что, хочешь, чтобы мы сидели и мучились от сознания собственного бессилия, глядя, как они насилуют тебя? Имей жалость, Кристен. Ты можешь выдать себя своими криками.

Она моргнула, показывая ему, что поняла, и Торольф кивнул Ивару, чтобы тот отпустил ее. Она судорожно вдохнула воздух и согнулась, раскачиваясь, не в силах справиться с пронзившей ее болью утраты. Ей хотелось выть, кричать, чтобы хоть немного дать выход этой боли, которая все нарастала и нарастала, пока Кристен уже наконец не смогла больше сдерживать себя.

Горький, мучительный стон вырвался у нее из груди, и в этот момент ей нанесли кулаком удар прямо в челюсть, и она повалилась кому-то на руки.

Когда Кристен снова пришла в себя, солнце уже начало клониться к закату. Она застонала, но тут же спохватилась и медленно села, с упреком глядя на Торольфа.

– Ты ударил меня. – Это было утверждение, а не вопрос.

– Да.

– Надо полагать, я должна быть тебе благодарна за это.

– Конечно.

– Ублюдок.

Если бы это было возможно, он рассмеялся бы над тем, как мягко прозвучало в ее устах это ругательство.

Но он не мог этого сделать. Вначале их оставили без охраны, так как противник был занят своими ранеными. Теперь же рядом с ними находились два стражника.

– Позже у тебя еще будет время, чтобы оплакать свою потерю, Кристен, – мягко проговорил Торольф.

– Я знаю.

Она вытянула ноги и посмотрела на свои щиколотки, закованные в железные кандалы. Серебряный шлем, который она одолжила у Оутера, пропал, так же как и ее пояс и украшенный драгоценными камнями кинжал.

С нее сняли даже отделанные мехом сапоги.

– Они что, забрали все, что было ценного? – спросила она.

– Да. Они бы взяли и твою меховую фуфайку, если бы она не была такой старой и облезлой.

– И испачканной кровью, – добавила она, глядя на темные пятна, покрывавшие ее с ног до головы, и вспоминая, как кровь хлынула из раны убитого ею высокого воина, когда она выдернула из его тела свой меч. Она подняла руку, чтобы пощупать шишку от удара по голове, и только тут спохватилась:

– Мои волосы!

Коса все еще была засунута под тунику, но ее все равно безусловно заметят, если посмотрят повнимательнее.

Она поспешно принялась отрывать по волоску от косы.

– Постой, Кристен. – Торольф схватил ее за руки, сообразив, что она намеревается сделать. – Чтобы укоротить волосы подобным образом, тебе потребуется целая вечность.

– А ты можешь предложить мне нож? – огрызнулась она.