Т-34. Выход с боем

Лишь ночью на несколько часов пленных заперли в большом сарае. Наутро снова кое-кто не поднялся. Остальных построили, пересчитали и опять погнали по дороге в западном направлении.

В пересыльном лагере застряли надолго. Терцев с Ветлугиным прикинули – до фронта отсюда было километров сто. Конечно, мысли о побеге не оставляли их ни на один день. Но два ряда колючей проволоки и пулеметные вышки по четырем углам периметра пока что не давали даже теоретического шанса на его осуществление. За периметр их не выводили.

То ли хваленая немецкая система лагерей начинала давать сбои во второй половине войны, то ли последние события на относительно недалеко фронте наложили свой отпечаток. Так или иначе, можно было сказать, что эта партия пленных оказалась в каком-то заброшенном состоянии. Прежде всего, не отделили от общей солдатской массы командиров. Это была, наверное, самая большая странность, сразу бросавшаяся в глаза. Командиров было немного, но тем не менее они имелись. Терцев, размышляя об их положении в том лагере, не мог ни тогда, ни потом дать однозначный ответ, хорошо это было или плохо. Если вообще, конечно, категории хорошего и плохого можно было отнести к их тогдашнему лагерному существованию. С одной стороны, их пока не расстреляли, не перевели на какую-нибудь фабрику смерти с конвейерным производством. Даже не выводили ни на какие работы. Лишь только утром и вечером устраивали переклички. Держали несколько сотен человек в двух гнилых полуразрушенных холодных бараках. Кормили через день, а то и через два. Происходило это следующим образом: под охраной нескольких солдат в лагерь въезжала телега с бочкой. Пулеметы с вышек демонстративно наводили в центр внутреннего лагерного круга. В бочку, видимо, были слиты отходы с местных кухонь. Иногда это были просто остатки пустого супа. Чаще – вперемешку с картофельными и овощными очистками и слипшимися кусками макарон. Иногда попадались шматки каши, а то и вываренные кости. Бочка опрокидывалась прямо посередине лагеря. Выбранные из числа самих же пленных «дежурные по кухне» первым делом касками и имевшимися в небольшом количестве котелками набирали жижу из грязи и растопленного снега. Остальное месиво сгребалось в отдельную кучку. Выстроившиеся в очередь пленные – результат их внутренней самоорганизации – по очереди подходили за парой глотков жижи и получали в ладони свою порцию месива. Телега сразу же уезжала, немцы в процесс такой кормежки не вмешивались.