Очаруй меня

Но кто сможет упрекнуть ее за глупые фантазии? Изведенная собственными страхами и слухами о волках-оборотнях и проклятиях, она просто была не в себе, вот ее воображение и разыгралось.

– Брук Уитворт?

Она мысленно прогнала из постели волка и сосредоточилась на мужчине.

– Почему вы не уверены?

– У вас нет бородавок.

– Не замечала у себя на лице ничего подобного.

– Гейб упомянул…

– Разве? Как ему не стыдно?! Он часто подшучивает над вами таким образом?

– К сожалению, да.

Она улыбнулась. Мысленно.

– Должно быть, вы против этого не возражаете, если до сих пор его не уволили.

– К несчастью, мы были друзьями с самого детства и он этим пользуется.

– Странный способ описывать старого друга… как несчастье, посланное на вашу голову, – заметила она.

– Возможно, он единственный, кто будет плакать, когда меня не станет. Вот я и жалею об этом.

Как печально это слышать… словно он просит у нее сочувствия. Или просто пытается проверить, способна ли она на него.

Но когда на его лице появилось замкнутое выражение, она решила, что ошиблась. Он скорее всего не собирался открываться перед ней, поэтому Брук поспешно спросила:

– Вы ранены?

– Подарок от вашего брата, который отказывается заживать.

Он произнес слово «брат» с таким омерзением, словно тот был самым отвратительным существом на свете. У них действительно было нечто общее! Но она не хотела говорить о своих чувствах к Роберту.

– Думаю, очевидно, куда он целился.

Грубый джентльмен? Скорее, вообще не джентльмен. Или пытается ее шокировать. Последнее более вероятно, но не сработает. Хотя… длинная голая нога ее шокировала. Голая грудь – тоже. А вот старания брата сделать все, чтобы на свет больше не рождались Вулфы, – не шокировали. Но не это цель Роберта. Роберт стремился убить.

Поэтому Брук покачала головой:

– Я не согласна. Очевидно, он умеет стрелять из пистолета не лучше, чем вы.

Слишком поздно она сообразила, что только что его оскорбила и поэтому удивилась, когда он признал:

– По природе я не дуэлянт.

– Жаль. Будь у вас больше опыта, смогли бы избавить нас обоих от этого…

Она не договорила. Не стоит объяснять, что она не хочет этого брака. Не стоит откровенничать с этим человеком.

Но он все понял и сухо спросил:

– Нежеланного брака?

Брук могла бы солгать, но предпочла просто не ответить.