Магия любви

Кроме того, не хочу, чтобы твой запал прошел, пока ты дождешься янки. Не худо бы полюбоваться на этот спектакль.

– Я тебя не приглашаю, – проворчал Джеймс.

– Ничего, в дом меня пустит Джордж, она меня любит.

– Она тебя терпит, потому что ты мой брат.

Энтони поднял бровь:

– Тогда тебе надо потерпеть ее братьев.

– Я и терплю. Они же живы!

Спустя некоторое время Джеймс вернулся домой, и дверь ему открыла Эми. Он не видел ее с того самого бала на прошлой неделе. Ох уж эти проклятые балы! Хорошо, что ему не обязательно присутствовать на всех.

Джорджина упоминала, правда, что Эми навещала ее день-два назад. Как только он постучал, племянница открыла, как будто ждала его за дверью. Это было так неожиданно, что он сразу разволновался. Если бы Джеймс был другим человеком, то наверняка подпрыгнул бы на месте, но он вместо приветствия спросил:

– А где Генри? Или сегодня Арчи на вахте? Что-то я не заметил, когда уходил.

Генри и Арчи были из его последней команды. Они столько плавали вместе, что когда Джеймс решил продать свою «Мейден Энн», они захотели продолжить службу у него в доме, вместо того чтобы наниматься на незнакомое судно.

– Да, сегодня дежурит Арчи, – ответила Эми, закрывая дверь, – но он отправился за доктором.

Девушка увидела, как при этих словах Джеймс вздрогнул и бросился к лестнице.

– Джордж в гостиной.

Он резко остановился.

– В гостиной?

– Да, пьет чай.

– Чай? – взорвался Джеймс и остановился на пороге гостиной, глядя на свою жену. – Боже милостивый, Джордж, что ты тут делаешь? Ты же давно должна находиться в постели!

– Я не хочу в постель, я хочу чаю, – донесся до Эми спокойный голос Джордж.

Джеймс, казалось, был озадачен.

– Ты, никак, передумала? Уже не ждешь ребенка?

– Нет, не передумала, но я не передумаю и пить чай, а ты не хочешь присоединиться?

Джеймс помолчал, затем вошел в гостиную.

– Но, Джордж, так не делают. Ты должна лечь в постель.

– Джеймс, оставь меня в покое, – услышала опять Эми, – скоро я туда и так попаду и уже больше не смогу головы поднять. Но ты отнесешь меня туда, когда я тебе скажу.

Потом неожиданно воцарилась тишина. Эми засомневалась, можно ли ей войти: раньше она никогда не видела Джеймса таким.