Лишь ты одна

Всю жизнь Демьен жил в большом городе и до сих пор ему не доводилось иметь дела с лошадьми: ими занимались кучера или слуги. Ему предстояло сесть на коня впервые, и раньше ему даже в голову не приходило, как крупен этот зверь – а стоящий перед ним жеребец в особенности.

Малыш уже сидел в седле и дожидался Демьена.

– Садитесь уже, мистер Ратледж, – нетерпеливо сказал он, – или вы никогда верхом не ездили?

– Только в экипажах ездил, – пришлось признаться.

Малыш вздохнул:

– Следовало догадаться… Ладно, держитесь за мою руку и ставьте ногу в стремя.

Говорит легко, а делать – не особо. Однако уже со второй попытки Демьену удалось залезть на коня, не свалившись и не столкнув с седла Малыша. Оказавшись наверху, Демьен пожалел Винса, поскольку понял, что сидя сзади со связанными руками потерять равновесие и упасть – проще простого.

– При необходимости держитесь за меня, – успокоил его Малыш. – Но быстро мы не поедем, так что вряд ли свалитесь.

Наконец они двинулись в путь. Через какое-то время Винс принялся возникать из-за того, что у него связаны руки, и, не скупясь на грязные выражения, бранить Демьена за разбитый нос.

Малыш рявкнул, чтобы прервать поток ругательств:

– Если рассчитываешь пожрать сегодня вечером, заткнись немедленно!

Винс заткнулся.

Демьен сдержал улыбку, признавая, что порой Малыш вызывает у него восхищение. Возможно, он пересмотрит свое мнение о нем.

Мальчишка легко справился с двумя взрослыми грабителями и твердо намерен передать их властям – выходит, он не врал ни насчет того, чем занимается, ни насчет числа пойманных преступников. Для охотника за вознаграждением он чертовски молод, однако благодаря мастерскому владению оружием эта работа идеальна для него, пусть и опасна.

Хотя кое-что парню следовало бы поменять. Разбив лагерь у реки, он не удосужился даже ополоснуться. И вряд ли он помылся до прибытия Демьена.

Около полудня они ненадолго остановились, чтобы дать отдохнуть лошадям и самим размять затекшие ноги. Первым делом Демьен достал из саквояжа – к его счастью, Малыш все-таки взял его с собой, приторочив к седлу свободной лошади, – носовой платок, чтобы прикрывать нос незаметно, дабы не обидеть Малыша. Увы, толку от платка было мало.