Любовь и гром

 – Насколько проясняет ситуацию сообщение Алонсо?

Молоденькая француженка широко улыбнулась, довольная тем, что ее маленькая хитрость – протянуть время – удалась.

– Все не так уж плохо. Во всяком случае, по словам Алонсо, это всего лишь местные предрассудки. Здесь полукровка – все равно что индеец, а к индейцам относятся с презрением и отвращением.

– Презрением?

– Чтобы не показать страха, понимаете? Индейцев здесь еще очень боятся. Они до сих пор бродят по округе, нападают, убивают и…

– Какие индейцы?

– Апачи.

– Действительно, слышали, но я не припоминаю, чтобы кто-то утверждал, что они все еще настолько враждебны.

– Только Херонимо. Алонсо говорит, это отщепенец с небольшим количеством сторонников. Он скрывается в Мексике. Но его шайка совершает налеты и по эту сторону границы тоже.

– Хорошо. Но Кольт Сандер не апач! Он наполовину шайенн, – возразила Джослин. – Что Алонсо удалось выяснить об индейцах-шайеннах?

– Здесь о них ничего не знают.

– Тогда почему мистер Сандер посчитал, что я должна его опасаться?

– Мне кажется, ты упустила самое главное, дорогая, – вмешалась Ванесса. – Предрассудки направлены не против какого-то определенного племени. Похоже, на этих западных территориях так относятся ко всем индейцам и полукровкам, независимо от того, к какому племени они принадлежат.

– Но это ужасно! – разгорячилась Джослин. – Не говоря о том, что просто несправедливо! В Кольте Сандере нет ничего, за что его можно презирать.

А еще он нетерпеливый, вспыльчивый, упрямый и упорно отказывается иметь с ней дело, но об этом говорить не стоит.

– Джослин, дорогая! Мы все бесконечно благодарны этому человеку за своевременную помощь. Очень благодарны. Но сегодня днем он совершенно ясно показал, как ко всему этому относится. Он даже не захотел с тобой разговаривать!

– И мне теперь понятно почему.

– Однако он явно так не считает.

– Знаю. И он думает, что оберегает мою репутацию, избегая общения со мной в городе. Весьма любезно с его стороны, но вряд ли в этом есть необходимость. Я никогда не позволю поддаться влиянию чьих-то предрассудков! И меня совершенно не интересует общественное мнение.