Дьявол, который ее укротил

Офелия повернулась и скомандовала горничной:

– Не давай ему распрячь лошадей!

Горничная, по всей видимости, уже сообразившая, что их обманули, вне себя от гнева, коротко кивнула и с решительным видом последовала за Бартоломью. Рейфел понял, что дело добром не кончится, но он так замерз, что просто не было сил вмешиваться в спор.

Он с тяжким вздохом протянул Офелии руку, давая знак идти в дом.

– Если постараетесь успокоиться, я все объясню. Обещаю. Как только мы останемся наедине. Надеюсь, вы не собираетесь расстраивать мою тетку, устроив безобразную сцену.

Он направился к гостиной, где, как считал, уже ждет Эсме, но позади раздалось поистине змеиное шипение:

– Только попробуйте снова бросить меня одну!

Рейфел остановился и обернулся.

– Кажется, я упоминал о терпении? – сухо осведомился он. – Уверен, что упоминал.

– Откуда вы взяли, что я обладаю подобным качеством?! Чего нет, того нет, уж извините.

– Полагаю, придется поработать и над этим. И начнем немедленно. Слушайте внимательно, Офелия. Вы спокойно идете в гостиную, садитесь и не произносите ни слова, пока для нас не будут готовы комнаты.

– А если я не сделаю ничего подобного?

– В таком случае и я не стану торопиться выкладывать причины, по которым вы оказались здесь. Собственно говоря, объяснения вовсе не обязательны…

– Вздор! – перебила она. – Держите свои чертовы объяснения при себе! Я еду домой!

Метнувшись назад, она едва не столкнулась с вернувшейся горничной.

– Управитель не желает меня слушать, – пробормотала та. – Он выполняет только приказы господина!

С уст Офелии сорвалось тихое рычание.

– Интересно, кто из вас сядет на козлы, если мой человек будет вынужден пренебречь вашими требованиями? – злорадно ухмыльнулся Рейфел.

Офелия круто развернулась и злобно уставилась на него.

– Если хотите получить объяснения, – добавил он, пожимая плечами, – а у меня они есть, предлагаю сделать, как вам говорят, потому что мне вовсе нет нужды оправдываться, чтобы достичь своей цели.

– Шутите! – ахнула она.

– Терпение есть добродетель. И поскольку вы не обладаете ни терпением, ни другими добродетелями, если уж на то пошло, пусть эта будет первой, которую вы усвоите. Уроки, моя дорогая, начинаются прямо сейчас.