Проблема с миром

О потрясающей популярности Молодого Льва в целом можно было бы распространяться и поменьше.

– Я уверен, что с их помощью… мне удастся добиться в Открытом совете широкой поддержки вердикта о длительном тюремном заключении.

– Веттерлант совершил изнасилование и убийство.

– Таковы обвинения.

– Черт подери, он сам это не особенно отрицает!

– Говоря «длительном»… я имею в виду бессрочном.

Орсо поднял брови:

– Открытый совет одобрит пожизненное заключение для одного из своих членов?

– Большинство из них возмущены его поведением не меньше нас, ваше величество.

Они только того и желают, чтобы свершилась справедливость.

– О его матери этого определенно не скажешь.

– Я хорошо знаю леди Веттерлант. Все ее неистовство – не более чем отчаянные попытки тигрицы защитить свое дитя. Она женщина эмоциональная, но не глупая. Уверен, что когда она поймет, какова альтернатива… то сама поможет мне добиться признания вины.

– Вы говорите о добровольном признании?

– Полном и чистосердечном, без необходимости прибегать к… посредничеству архилектора.

Суд в таком случае будет пустой формальностью, демонстрацией того, как вы вершите правосудие: твердо, но справедливо. Того, как вы распоряжаетесь своей властью: без промедления и без лишних споров. Демонстрацией нового духа сотрудничества между Открытым и Закрытым советами.

– Что ж, это было бы вполне неплохо. – Должно быть, впервые в жизни Орсо наслаждался, обсуждая государственные дела. – В конце концов, мы же Союз, а, черт побери? Мы должны стремиться к взаимопониманию! Возможно, из этого дела все же выйдет что-то хорошее.

Орсо откинулся на спинку, во весь рот улыбаясь позолоченным птицам на потолке:

– Я в самом деле терпеть не могу повешения!

– Каким нужно быть чудовищем, чтобы получать от них удовольствие, ваше величество? – с улыбкой отозвался Ишер.

Засада

«Скрип, скрип, скрип» – скрипело колесо отцовского кресла. Сперва Савин щурила глаза. Потом стискивала зубы. Еще немного, и с каждым оборотом этого колеса ей приходилось собирать все силы, чтобы не завопить.

Она провожала отца до работы, а затем возила его в кресле до работы, раз в месяц, с тех пор, как была девочкой. Одним и тем же маршрутом – вдоль аллеи Королей, между статуями Гарода и Байяза, открывавшими хмурый парад союзных героев. С одними и теми же разговорами, похожими на фехтовальный поединок, в котором ты никогда не уверен, что клинки действительно затуплены.