Проблема с миром

Впрочем, его одобрение так и не отразилось в его глазах.

Кто-то из стариков копался в бумагах, еще один хмурился, глядя на вино в своем бокале, словно там плавало что-то дохлое. Городец продолжал гладить свою бороду, но теперь у него было такое лицо, как будто он хлебнул мочи.

– Но?

Орсо уже знал, что в Закрытом совете всегда имеется по меньшей мере одно «но».

– Но… – Хофф взглянул на Байяза, который едва заметным кивком позволил ему продолжать, – …может быть, будет лучше подождать более благоприятного момента.

– Множество. Дел, – подтвердил верховный судья.

Вздох Орсо больше походил на рычание. Его отец всегда презирал Белый Кабинет с его жесткими, бездушными креслами. Презирал жестких, бездушных людей, которые на них сидели. Он не раз предупреждал Орсо, что в Закрытом совете еще не было сделано ничего хорошего. Но если не здесь, то где? Эта тесная, лишенная воздуха, лишенная индивидуальности комната была тем местом, где пребывала власть.

– Не хотите ли вы сказать, что правительственный механизм без меня застопорится? – спросил он. – Мне кажется, вы несколько переслащиваете пилюлю.

– Некоторые вопросы должен решать только монарх, и люди должны видеть, что он их решает, – сказал Глокта. – В Вальбеке ломателям был нанесен сокрушающий удар.

– Трудная задача, с которой ваше величество превосходно справились, – пробубнил Хофф, едва не пуская слюни в приливе льстивого восторга.

– Однако эта зараза пока еще далеко не искоренена. И те из них, кому удалось сбежать, стали… еще более радикальными в своих взглядах.

– Сеют раздор среди рабочих. – Верховный судья Брюкель резко встряхнул костистой головой. – Стачки. Забастовки. Нападения на персонал. Вред имуществу.

– Да еще эти чертовы памфлеты! – добавил Бринт.

Со всех сторон раздались стоны.

– Чертовы. Памфлеты.

– Я всегда считал, что образование простолюдинам ни к чему, а теперь могу добавить, что оно попросту опасно!

– Этот треклятый Ткач умеет так обращаться со словами…

– Не говоря уже о непристойных гравюрах.

– Они склоняют народ к неповиновению!

– К нелояльности!

– Эти их разговоры о грядущей Великой перемене…

По левой стороне изможденного лица Глокты снизу вверх пробежала волна подергиваний.

– Они обвиняют Открытый совет! – (И публикуют карикатуры, где его члены представлены в виде свиней, дерущихся возле корыта.